No graphic -- scroll down
 А.П.Паршев    Почему Россия не Америка. Часть 5

Часть 5.
ЖИТЬ ПО УМУ

По разумным причинам ничего не делается.
Закон 0'Брайена

Старая, старая проблема - все вместе согласны, что жизнь устроена неправильно, и даже могут согласиться с предлагаемыми улучшениями - но каждый в отдельности поступает так, как ему выгодно, как ему хочется, и суммарный эффект такого поведения порой приводит к гибели и государство, и народ. Много в земле лежит людей, которые могли бы рассказать нам об ошибках прежних времен, но их не расспросить. Все мы надеемся, что все само собой образуется, но бывают и фатальные просчеты огромных обществ, для которых уже ничто никогда не образуется.

Можно ли объяснить каждому, в чем именно кроется угроза? Ведь эта опасность (мировой рынок) многие годы представляется, напротив, величайшим благодеянием. Можно ли убедить и переубедить? Конечно, вероятность успеха в этом деле невелика. Тем не менее, не аморально ли, зная об опасности, не предупреждать тех, кто может услышать?

Именно попытка России выйти на мировые рынки товаров, капиталов и рабочей силы разорила нашу страну в 90-х годах XX века, а социализм, рынок или капитализм тут совсем ни при чем, эти альтернативы - наше внутреннее дело. Ни при чем оказались и православное (или исламское, или атеистическое) самосознание, и "загадочная душа", славянская или азиатская, и "тлетворное влияние Запада". Все и проще и сложнее, и чья-то злая воля не то чтобы ни при чем, но она не смогла бы сделать того, что случилось.

Мы могли бы начать жить по уму, если хорошо представим себе, кто мы, где мы живем, что у нас есть, а главное, чего мы хотим, и если мы будем действовать на основании этих наших знаний.

Пока, если послушать самых разных ныне действующих политиков, то только ленивый из них не говорит что-то вроде: "реформы не ради реформ, а ради блага человека". Но среди целей обязательно числится "достижение конкурентоспособности на внутреннем и внешнем рынках". Все линии политического спектра - от Кириенко до Кондратенко - в один голос скандируют: "кон-ку-рен-то-спо-собность!". А что это значит9 Это значит, что ими предполагается выход отдельных предприятий на мировой рынок, потому что внутри страны достичь конкурентоспособности проще простого. Закрыл рынок - и все дела.

На самом деле хочется вывозить! Причем вывозить капитал (здесь, конечно, я не имею в виду Кондратенко). Чтобы надежно спрятать листок дерева, лучше это делать в лесу. Чтобы замаскировать вывоз капитала, нужно всем-всем конкурировать на мировом рынке! То, что наши предприятия при нынешнем уровне цен на энергоносители неконкурентоспособны, уже многие поняли. С этой целью предлагается даже снизить цены на энергоносители. Ученые в учебниках для элиты рекомендуют еще и ограничивать уровень зарплаты. Политики перед выборами не решаются говорить этого вслух, но имеют в виду именно это. А все зачем? Для конкурентоспособности. В переводе на русский язык это означает вот что: "чтобы олигархи продолжали спокойно экспортировать, надо усилить эксплуатацию рабочего и крестьянина". Вот какой "заботе о благе человека" учат "нашу элиту". Весь вопрос, о благе какого человека такая забота.

Но все это пустое. Конкурентоспособность недостижима в условиях открытости. Если кто-то считает, что он уже ухватил фортуну за хвост, то он заблуждается. У наших нынешних богачей впереди тупик.

С начала реформ предпринимается попытка поделить единый хозяйственный субъект (заведомо неконкурентоспособный) на много мелких. Считается, точнее, объявляется, что каждое предприятие в отдельности будет более эффективно, но откуда это следует? Конечно, при дележе того производственного организма, которым была экономика СССР, некоторым самым ушлым удалось выделить себе кусочек таким образом, чтобы взять эффективную часть, а неэффективные затраты остались у смежников. Например, приватизировать рентабельное предприятие, а инфраструктуру вокруг него (жилье, службу быта, транспорт) оставить муниципалитету. Но все это ненадолго.

И все предложения о регулировании экономики с помощью валютного курса ничего не дадут. Любой субъект экономики, стремящийся к прибыли и имеющий капитал, будет стремиться использовать его наиболее прибыльным образом, иначе он разорится. Где капитал (производственный) выгоднее применить? За границей. Низкий курс доллара будут скупать и вывозить доллары, высокий - будут скупать и вывозить ликвидные ценности, главным образом сырье. Будет дешевый бензин - будут вывозить бензин, пока его цена не сравняется с мировой - доллар за литр.

Ведь уровень издержек в нашей стране, на нашей территории выше, как его ни измеряй - хоть в долларах, хоть в ракушках каури, хоть в мешках риса. Если будут принудительно удерживать на низком уровне цены - то же самое, будут вывозить сырье. И как только наша страна включается в свободное перемещение товаров и капиталов всё, аллес капут. Тупик.

В обществе, соглашаясь с "реформами", исходили из неверной предпосылки - что неэффективность нашей экономики происходит из-за плохого управления. Конечно, это тоже фактор, с которым надо бороться, но к неэффективности из-за большого расхода энергоресурсов и длинного транспортного плеча он не имеет отношения, это совершенно независимая задача. Кстати, более эффективного управления в результате реформ тоже не достигли, сами реформы - это очень хороший пример очень плохого управления, если уж на то пошло. Но это уже другая история.

Никто, из требующих от нашей экономики конкурентоспособности, не говорит - а что будет, если достигнуть этой цели не удастся? Все, в общем, понимают, что, прыгнув из люка самолета, надо иметь исправный парашют. Но вот что будет, если парашют не раскроется? И можно ли прыгать, если уверенности в парашюте нет? Боюсь, в благодушии нашего общества сказалось отсутствие чувства опасности, отмершего за последние десятилетия спокойной жизни. А ведь были люди, которые предупреждали - Юрий Бондарев, например. Его осмеивали, и, боюсь, не от глупости только. Уже тогда эта самоубийственная храбрость нашего народа кому-то сулила выгоду, и для "наркоза" нашего общества не жалели средств.

Если мы окажемся неконкурентоспособны на внешнем рынке, то мы всего лишь не сможем ничего продавать. Если же будем неконкурентоспособны на внутреннем - то, на первом этапе, умрет внутреннее производство, а затем исчезнет и платежеспособный спрос - ведь здесь живут не марсиане, и источником средств к жизни для наших людей служит только работа на производстве. Кто ничего не производит тот ничего и не потребляет, это не только лозунг коммунистов, это для нас - непреложная истина, мы в массе своей не банкиры и не капиталисты.



Экспорт по Матроскину

Кот Матроскин Э. Успенского - величайший экономист всех времен и народов! Даже половина его знаменитой фразы - это квинтэссенция разумной внешнеторговой политики.

Итак, вот оно, это изречение кота Матроскина:

"Чтобы купить что-либо нужное, надо продать что-то ненужное..."

Конгениально! Итак, задача упрощается. Мы вспомнили, что внешняя торговля - это дорога с двусторонним движением. Мы покупаем (это импорт) и продаем (это экспорт).

Причем, прежде чем перечислять, что хочется нам, надо сначала вспомнить, что можем предложить мы. У нас любят говорить, что мы неограниченный рынок сбыта. Извините, не надо путать свой аппетит со своей платежеспособностью. Никого не интересует, сколько мы хотели бы или могли бы потребить - и так ясно, что много. Вопрос в том, сколько мы можем оплатить. Классики марксизма (или их переводчики на русский) оказали всем нам медвежью услугу, внедрив в массовое сознание термин "рынки сбыта". До сих пор подсознательно многие считают, что частные предприниматели только тем и озабочены, как бы побольше произвести и сбыть с рук всем желающим (то есть нам), чтобы удовлетворить их все возрастающие потребности. Как кочегары, забрасывающие лопатами уголь в топку.

Вовсе не так. Частные предприниматели контролируют рынки сбыта, потому что на них получается прибыль. Если частные предприниматели могут вложить свои капиталы в какое-то дело без производства и сбыта товаров, но прибыльное, они это делают, не думая. Товары производят и продают (а не "сбывают"), только когда без этого не получишь прибыли. Это мы ходим на рынок, чтобы нам сбыли товар - продавцы ходят туда за зарплатой, а их хозяева - за прибылью.

Как говорил, наверно, Конфуций: "И страж у ворот не свободен от желаний, но его желания можно не принимать во внимание". Даже если он этого не говорил - ограничим (пока) наши желания и посмотрим, что можем предложить мы.

Итак, первая группа: наши товары и услуги, экзотические для иностранцев. Много ли у нас этого добра? Уральские самоцветы - не уникум в современном мире, как некоторые ошибочно думают, и малахитовые шкатулки режет сейчас не Данила-мастер, а черный, как сапог, умелец из африканской глубинки. Заирский малахит гораздо лучше остатков уральского, да наш, увы, уже и порядком поистрачен. Не слишком дорогой, но интересный камень родонит, который был на колоннах исторической станции метро "Маяковская", в начале 90-х ободрали вандалы, при участии какой-то сволочи из администрации метрополитена. И что вы думаете? Сейчас его заменяют похожим, но вовсе не таким мрамором. Нет родонита, кончился он в стране! Янтарь еще есть в Калининградской области, но он есть и в Германии, и в Прибалтике.

То есть наш список экзотических товаров не очень велик, и он примерно соответствует экспортным возможностям России 17-го века, а кое в чем и сильно сократился. Нет у нас сейчас речного жемчуга, маловато кречетов и черных соболей. А если товар не экзотичен, то нам приходится при его экспорте конкурировать. Внутри страны мы можем избежать конкуренции просто - пошлинами, тарифами, другими способами. А вне - если мы пытаемся продать то, что кроме нас продают и другие - можем только конкурировать, то есть предлагать свою продукцию того же качества по той же цене, сокращая издержки.

У нас есть туристические возможности. Хотят молодые японцы (и, наверно, японские разведчики) участвовать в ралли по таежным дорогам Дальнего Востока - почему не торговать этими путевками? Но даже англичане, например, предпочитают больше принимать туристов, чем ездить сами. Во всех развитых странах введен такой порядок: турфирма имеет право отправить своего гражданина за рубеж, только если обеспечила приезд иностранца. Поэтому по туризму мы сколько получим, столько и потратим. Да и мода на Россию прошла, и вернется не скоро. Ни гор у нас, ни парковых лесов - болота, да осины, да елки.

В Шотландии можно токующего глухаря сфотографировать с десяти метров (есть такой вид туризма), на Аляске- как медведь лососей из водопада ловит. А у нас? У нас богатая история, но маловато памятников, слишком часто пылали наши деревянные города (если кто не знает, то в пределах Садового кольца Москва до сих пор наполовину деревянная). Судя по московскому метро, иностранных туристов сейчас здорово поубавилось.Помню, еще до Олимпиады по "Комсомольской-кольцевой" всегда одновременно гуляло по две-три группы американских сушёных старушек, щелкая фотокамерами мозаики на потолке, а сейчас это редкость.

Хотя, конечно, кое-что в России есть. Одна панорама ледохода на наших реках - настолько сильная эмоция, что многие не пожалели бы денег, чтобы на это посмотреть, жаль, что наши турфирмы до этого еще не догадались.

Но это все по государственным масштабам мелочи. Многое у нас недоиспользуется, но все это в пределах сотен миллионов долларов. А экспортируем мы ныне на 50 млрд. долл.

На самом же деле только то, что не понадобится ни нам, ни нашим детям и внукам, или хотя бы то, что в обозримом будущем будет для них доступно, можно рассматривать в качестве экспортного товара.

"Купил - нашел, продал - потерял". Ведь что такое что-то "продать"? Это значит - отдать чужому дяде или свои ресурсы, или свой труд. А зачем нам это нужно? Только если рассчитываешь получить взамен что-то такое, что тебе нужно больше, чем отдаваемое.

Так давайте и посмотрим, ориентируясь на сложившуюся структуру экспорта, сколько можно продавать, отняв от нынешнего экспорта то, что нельзя продавать ни в коем случае.

Вернусь к данным об основных товарах нашего экспорта за 1994 год (взято из ежегодника Госкомстата за 1995 год). Всего мы продали тогда на 50 млрд. долларов, примерно таков наш экспорт и в другие годы, в том числе и сейчас. Повторюсь: конечно, приводимые цифры условны - у нас еще значительный экспорт в страны СНГ - до четверти от нижеприводимого, и за достоверность данных из таблицы тоже никто не поручится, так как велика доля контрабанды и декларируемые цены часто занижены экспортерами.

Таблица 4.

ЭКСПОРТНЫЕ ТОВАРЫ,
ДАЮЩИЕ СВЫШЕ 500 МЛН. ДОЛЛ. ЕЖЕГОДНО
ЭКСПОРТНЫЙ ТОВАР СТОИМОСТЬ,
млн. долларов США
Сырая нефть9 245
Нефтепродукты3 370
Природный газ7 942
Уголь585
Черныеметаллы, ферросплавы,

прокат, полуфабрикаты

Из них:
4 840
Полуфабрикаты из железа и стали
1 606
Прокат
1 433
Медь921
Никель677
Алюминий2 367
Машины,

транспортное оборудование
1 860
Легковые автомобили631
Продукты неорганическойх имии1 132
Аммиак3 889
Органические химические

соединения (метанол и т.д.)
1 141
Удобрения минеральные1 182
Круглый лес716
Пиломатериалы594
Целлюлозно-бумажные материалы819
Рыба и дары моря1 625

Эта таблица достаточно показательна для периода 90-х годов. К настоящему времени структура экспорта примерно та же, только легковых машин поменьше. Есть еще экспорт оружия, но он сильно колеблется по годам - в пределах 2-7 млрд. долл.

Перед тем, как решить, что мы можем продавать. проще сказать, что мы ни при каких обстоятельствах не можем экспортировать. Попробуем оценить, что мы не можем, при разумной политике, вывозить, и выбросим эти виды экспортных товаров из списка. Посмотрим, что же останется "в сухом остатке".



Энергоресурсы

Основа нашего экспорта - энергоресурсы: нефть, нефтепродукты, газ. В последние годы мы продаем их примерно на двадцать-тридцать млрд. долларов в год - от половины до трети экспорта.

Мы - самая холодная страна мира. Для одинакового с другими странами уровня комфорта нашим согражданам приходится расходовать в 4-8 раз больше энергии, чем в других странах. Потребность в энергоресурсах - у нас самая большая.

Поэтому экспорт невозобновляемых энергоресурсов (электричество, нефть, газ, уран) должен у нас расцениваться не просто как государственное преступление. Государство - это еще не все. Это преступление перед еще не рожденными поколениями нашего народа! По опасности оно сравнимо с геноцидом, и в чем-то даже страшнее. В нашем уголовном законодательстве должно быть предусмотрено наказание за такие преступления. Слова "геноцид" и "экология" слишком затерты неточным употреблением, но исчерпание энергоносителей на нашей территории приведет именно к экологической катастрофе - не только к гибели нынешнего населения и его потомков, но и к невозможности проживания здесь любого народа, уже не только русских и татар. Даже если на территории Восточной Европы когда-нибудь будут жить другие этнические группы, тепло и свет им будут нужны. Конечно, быт у них может быть иной, в конце концов можно жить и в чуме - но и в чуме лучше иметь телевизор. Мы что - собираемся существовать как народ всего сто лет? А почему хотя бы не тысячу? Очевидно, нельзя ожидать, что за сто ближайших лет "ученые что-нибудь придумают". Ведь и Ясин - "ученый", а что он может придумать, представляете?

Наши современные сырьевые ресурсы недолговечны, и они невозобновляемы. Мы могли бы экспортировать энергию возобновляемых источников - гидро- и ветростанций, если бы ее нам хватало. Увы, это лишь 17% от потребляемой, остальное мы дожигаем газом и нефтью, не думая о последствиях.

Пусть даже у нас запасы газа - одни из самых больших в мире, как у Ирана. Пусть так, хотя это не очевидно, и хорошо бы в этом удостовериться. Учтите еще то заявление Вяхирева от 18 июня 1999 года! И ведь и потребление у нас самое большое! Побольше, чем у иранцев, им ведь отопление почти не нужно.

Сокрытие официальных статистических данных сейчас уже не удивляет. Но ситуация тяжела: после 90-го года (добыча нефти - 512 млн. тонн) шло постоянное падение, в 98-м году добыто около 280 млн. тонн. Дальше кривая падения может загнуться еще круче - месторождения и трубопроводы массово выходят из строя. На Самотлоре уже эксплуатируются скважины, дающие только пять процентов нефти, остальное - вода. Ежегодный экспорт нефти от нас - около 130 млн. тонн. Недалек день, когда графики уровня добычи и вывоза пересекутся - до него не более 5 лет. Чем тогда будут отапливаться сибирские города?

Нет, совершенно очевидно, что ископаемые источники энергии должны использоваться только нами. Мир от этого не перевернется, а нефть пусть эмиры Кувейта продают, у них и так жарко. Принятие "Закона об энергии" - насущная необходимость, и рано или поздно для его принятия сложатся необходимые условия, но лишь бы не слишком поздно. Иначе экспорт энергоносителей прекратится естественным образом - некому будет добывать.

"Закон об энергии", или, возможно, соответствующая статья конституции должны говорить, что нельзя вывозить те энергоресурсы, запасы которых у нас меньше, чем на тысячу лет. А других у нас и нет! Даже запасы торфа в Московской области в период интенсивной их разработки оценивались в 15 лет. Может быть, у нас большие запасы угля, хотя и это не очевидно. Но предположим, что экспорт угля можно оставить. Все равно, таким образом, из нынешнего объема экспорта следует исключить 20 млрд. долларов - 40%.

Но этого мало - для обхода этого принципа - принципа экономии энергоносителей - можно найти массу кривых дорожек, если экспортом будут заниматься частные лица или бесконтрольные чиновники. Если нельзя вывозить нефть - будут пытаться вывозить продукты ее переработки. Очень многие вещи содержат энергию нефти и газа, в виде тепловой энергии, хотя мы об этом не задумываемся.

Почему пирамиды и крепостные стены Вавилона были построены из сырцового кирпича и лишь облицованы обожженным? Ведь сырцовый менее прочен. Тут не неосмотрительность. Для обжига нужно горючее, и проблемы у вавилонян были именно с этим - Междуречье страна безлесая, а на верблюжьем помете кирпичей для пирамиды не наготовишь. То есть обожженный кирпич - это тоже продукт, полученный путем затраты большого количества тепловой энергии. Цемент и кирпич нельзя производить без большого расхода тепла, печи для обжига цемента и кирпича очень прожорливы. В последнее время появляются новые, прогрессивные строительные материалы - газосиликат, пенобетон - их производство, пожалуй, еще больше нуждается в топливе. Практически все строительство у нас базируется на энергоресурсах.

Можем ли мы себе позволить экспортировать что-либо подобное?

Значит, надо учитывать долю энергии в стоимости произведенной продукции, и те виды, которые состоят из энергии, продавать нельзя. Их не надо и производить в излишнем количестве, надо поберечь энергоресурсы.

Ведь электроэнергия у нас стоит в 5-10 раз меньше, чем за границей. Но производится она из тех же нефтепродуктов, что и во всем мире. Откуда же электростанции берут деньги для закупки мазута и газа? Ответ один - дотация государства, в той или иной форме,за счет всей экономики.

Как учитывать долю энергоресурсов в каком-то продукте? Есть один простой способ. Не надо устанавливать государственную дотацию на энергию в форме снижения цены - все должно стоить столько, сколько оно стоит. Если бы у нас в стране алюминий стоил столько, сколько стоит его производство реально, с учетом реальной стоимости электроэнергии, никому не пришло бы в голову им торговать. Ну не может быть реально выгодной нынешняя схема, когда бокситы везут в Россию для переработки в алюминий из Африки. Она выгодна пока только потому, что государство, за счет всей экономики, дотирует производство электричества.

Когда же электроэнергия будет стоить столько, сколько она действительно стоит, операции по варке алюминия для всего мира не будут выгодными. И алюминий будем варить только для себя.

Вопрос об отмене дотаций на топливо - один из ключевых в правильной политике. Конечно, в этом случае надо четко представлять себе, что наши товары, если учитывать затраченные при их производстве энергоресурсы по мировым ценам, будут неконкурентоспособны на мировом рынке. Естественно, в этом случае нельзя допускать конкуренцию с аналогичной иностранной продукцией на рынке и внутри страны.

Леса растут всегда, то есть, это вроде бы возобновляемый источник сырья и тепла. Правда, неизвестно, вырастут ли на месте срубленных аналогичные по качеству, или их качество ухудшается. Но если топить жилища всей страны дровами, то надо иметь в виду, что на зиму крестьянскому двору нужно хотя бы 20 кубов дров. У нас в СССР ежегодный прирост древесины был 4 куба на человека в год ("Лесная энциклопедия", М., "Советская энциклопедия", 1985) - как раз дрова на семью из пяти человек. Но ведь нужна и деловая древесина! И, главное, почти весь прирост древесины - в Сибири! Далековато дрова-то возить. И население сейчас не то, что в "дровяные" времена, а побольше.

Так что нормальный народ может продавать за границу природный газ только под общим наркозом. На чем потом шти-то варить?

Конечно, пока наш народ не может остановить гонку "элиты" за роскошью. Она хочет торговать достоянием нации, но остановить надо. Сейчас это даже легче сделать, чем в брежневские времена - тогда энергоносителями торговало вроде бы общенародное государство (как против него выступишь?), а сейчас ненавидимые всеми олигархи. Надо лишь, отобрав кормушку у олигархов, не скатиться в хрущевскую расточительность, а перейти к разумной политике.

То же касается и экспорта товаров, производимых на базе энергоносителей. Мы не можем себе позволить производить для других "твердое электричество" - алюминий, и электросталь, и некоторые другие металлы и продукты органического синтеза. Только в одном случае мы могли бы их экспортировать - если их стоимость будет компенсирована аналогичным количеством энергоносителей. Но кто, а главное, зачем, стал бы это делать?



Остальной экспорт

Теперь проанализируем остальные крупные составляющие экспорта. Цветные металлы - на самом деле разные по редкости элементы, например, меди в земной коре мало, алюминия много. В одном случае мы продаем редкий элемент, который мы ничем не можем заменить, в другом случае - продаем не сам металл, а затраты по его извлечению.

Что касается относительно редких металлов, то каковы у нас вообще их запасы? Каюсь, мне не удалось сделать подборку по разведанным запасам, более подробную, чем та, что приведена ранее - по месторождениям, запасам не в годах, а тоннах, уровням добычи и т. д. Эти данные не то секретны, не то просто не печатаются. Но по многим косвенным данным, они невелики. Многие рудники, по разрозненным сообщениям прессы, близки к окончанию работы из-за исчерпания запасов. Вообще впереди у нас плохие перспективы - базовым районом добычи цветных металлов была Средняя Азия, поэтому мы можем рассчитывать в будущем лишь на незначительную часть прежнего богатства СССР. Уверен, что если бы у нас честно печатались таблицы с данными о разведанных запасах, с квалифицированным комментарием - на сколько лет их хватит - многие задумались бы.

А не печатают их не только из-за разгильдяйства, и, тем более, не из-за секретности. Секретность в этом деле и не соблюдается. Очень многие месторождения предлагались иностранцам для совместной разработки, при этом, естественно, давалась и информация о запасах. Более того, во многих случаях иностранцы сами проводили геологоразведку - их право, это же у них денег просят. Потом, как правило, сделка все равно не совершалась.

Так что, скорее, население страны держится в неведении, просто чтобы не волновалось. Реально, современное индустриальное общество столкнется через несколько десятков лет с дефицитом многих видов необходимого и незаменимого минерального сырья. Необходимого уже не для экспорта, а для собственных нужд. Когда мы исчерпаем свою медь, каким образом мы будем ее покупать? Чем будем платить замбийцам и чилийцам? Клюквой? Американская, с плантаций, урожайнее и дешевле. Нефтью? А нефть кончится еще раньше меди!

Есть также в структуре нашего экспорта продукты, исходное сырье для которых вовсе не редкое. Об алюминии я уже упоминал: это распространеннейший на Земле элемент, но иначе как с помощью больших затрат электричества производить его нельзя.

Экспортируем мы и другие металлы - магний, титан - производство которых также чрезвычайно энергоемкое. Присмотримся и к экспорту черных металлов: часть из них - это особо качественная электросталь и ферросплавы - то есть, по технологии, те же цветные металлы, в том смысле, что при их производстве расходуется уйма электроэнергии.

А продукция органического синтеза? А производство аммиака? Ведь что такое аммиак? Один атом азота и три атома водорода. Где на Земле нет азота? Он на 80% составляет атмосферу. Где на Земле нет водорода? Он получается из воды. Так почему именно из России вывозится почти на 4 млрд. долларов аммиака? Может быть, в других странах проблемы с воздухом? С водой?

Ответ один: все это вывоз энергоресурсов. Как могло случиться, что жители самой холодной страны мира вывозят и свое тепло, и тепло своих внуков в субтропики? Просто загадка. Отчасти это объясняется незнанием, тщательно культивируемым теми, кто экспортирует, отчасти вообще нежеланием оставлять на Земле потомство, которому подвержена значительная часть нашего общества.

Можем ли мы себе позволить снабжать своим алюминием, то есть своей энергией, весь мир? Ответ очевиден. Может быть, можно экспортировать излишки энергии сибирских гидроэлектростанций в виде продукции близлежащих алюминиевых заводов, но только после точного расчета.

Да и вся черная металлургия требует затрат топлива, в том числе и дефицитного. Кстати, а как у нас с коксом? Много ли у нас коксующихся углей? Я уже упоминал, что крупнейший производитель меди Норильск - сидит на единственном газовом месторождении, которое ограничено по запасам. А без топлива тамошний завод не сможет извлечь металл из руды, да и жизнь персонала там, за Полярным кругом, несколько осложнится. Сибирский Полярный круг - это не норвежский Полярный круг, разница зимой достигает 40 градусов, не в нашу пользу. Тянуть туда газопровод из Южной Сибири?

Нет, конечно, торговать цветными металлами мы не можем, и сталью тоже с разбором.

Таким образом, из экспортных возможностей можно смело исключить цветные металлы - это около 5 млрд. долл., или еще 10%. Также можно исключить и продукцию органического синтеза, и часть продукции черной металлургии, это еще около 15%.

Что же получается? 65% нашего экспорта - то, что мы не должны вывозить из страны ни при каких обстоятельствах! А наш экспорт в случае, проведения разумной экспортной политики будет в пределах 15 млрд. долл. Это, кстати, значит, что с долгами мы расквитаемся в лучшем случае через два десятка лет, и то, если ничего не будем импортировать. Напомню, на весну 1999 года у нас было минимум около 140 млрд. долл. долга.

После нашей оценки получается, что экспортировать мы можем лес и лесоматериалы, рыбу и рыбопродукты, машины и оборудование, меха и лосиные шкуры. Увы, как на грех, к настоящему времени производство бумаги у нас скуплено иностранцами, рыболовный флот приватизирован, лес вырублен, а лосей перебили голодные браконьеры.

А кстати, почему при переходе к "мировому рынку" из экспорта исчезли продукты высоких технологий - машины и оборудование? Оказывается, в условиях конкуренции с остальным миром - это неизбежно. "Высокие технологии" на нашей территории более уязвимы, чем простейшие производства.



Передел

Есть в металлургии такое понятие: "передел". Можно сказать, что это что-то вроде технологической операции. Так, первый передел - получение чугуна из руды, второй - выплавка стали из чугуна, третий - обработка стали - прокатка, прессование, ковка, штамповка. Бывает и четвертый - волочение, нанесение защитных покрытий, производство метизов и некоторых готовых изделий. Если распространить это понятие "передела" дальше черной металлургии, то изготовление деталей машин - это пятый передел, сборка - шестой, может быть еще и какая-то окончательная обработка готового изделия. Кстати. мы не учитываем в качестве передела добычу руды или иного сырья - "для чистоты эксперимента" надо бы назвать эту стадию технологического процесса "нулевым переделом". Таким образом, на пути от исходного, первобытного сырья к готовому изделию лежит несколько этапов обработки, их количество зависит от сложности изделия. Крышка канализационного люка получается после одного передела исходного сырья, автомобиль - после шести-семи-восьми (точное число для деталей разное, например, лобовое стекло получается в результате пяти переделов, а остальные - после четырех). Чем такое расширенное понятие передела отличается от классического понятия технологической операции? Тем, что при производстве какого-то устройства технологические операции насчитываются сотнями и тысячами, но если мы проследим судьбу каждой конкретной детали, то окажется, что ее касаются только шесть-семь. Я условно считаю за "передел", например, всю механообработку заготовки,превращающую ее в деталь. Переделы происходят на разных производствах, и могут быть даже разнесены географически.

Ранее мы уже выяснили, что любая технологическая операция в нашей стране обходится дороже, чем в остальном мире. Насколько? От точного знания того, насколько та или иная работа обходится в нашей стране дороже, чем в остальном мире, зависит правильный выбор российской технической политики. Вообще говоря, именно этим и должны заниматься в основном российские экономисты. Пока такие исследования не очень распространены, и, если и проводились, их результаты не слишком известны.

Итак, мы знаем, что каждая стадия технологического процесса (каждый передел) обходятся нам дороже на несколько десятков процентов, чем в среднем в мире. Но это превышение накапливается по стадиям технологического процесса - а их в среднем 5-6. Продукция одного передела является исходным сырьем для следующего.

Вспомним приведенную ранее таблицу из книги В.Андрианова, показывающую, что производство продукции ценой в 100 долл. стоит нам издержек на 253 долл. Даже, из-за ее важности, воспроизведем еще раз:

Таблица 3.

ЗАТРАТЫ НА ВЫПУСК ПРОДУКЦИИ
СТОИМОСТЬЮ 100 ДОЛЛ.
(1995 г.)
(в долларах США, рассчитано по паритетам
покупательной способности валют)

Страна Все
издержки
Топливо,
электро-
энергия
Сырье,
полуфаб-
рикаты
ЗарплатаАморти-
зация
Россия 253,0 25,0 127,5 93,0 7,5
Великобритания 121,5 6,0 65,0 45,0 5,5
Италия 111,5 5,5 54,0 46,0 6,0
Германия 110,5 7,0 59,5 39,0 5,0
Франция 109,0 6,0 56,5 41,0 5,5
США 93,0 8,5 56,5 24,0 4,0
Япония 89,5 5,5 51,0 29,0 4,0

Как накапливается отставание наших "высоких технологий" от зарубежных? Предположим даже, что мы не так уж сильно отстаем от других стран, что наше производство более энергоемко по сравнению со средним всего в 3 раза, по амортизации в 2 раза, по зарплате (напомню, это не только то, что "на руки", это стоимость обеспечения жизни рабочего вообще) в 1 раз, хотя реально это не так. Примем также, что мы начинаем производство, работая с сырьем (рудой), которое стоит одинаково для всех. Среднемировые пропорции затрат на технологический процесс по этим статьям примем (довольно условно) 1:5:3:1, но в нашей стране будет, соответственно с "налогом на климат", 3:5:3:2.

Итак, эта "средняя" страна потратит за один передел 10 долл. на топливо, 50 на сырье, 30 на зарплату, 10 на амортизацию - итого 100. долл. Мы потратим соответственно 30, 50, 30 и 20 - итого на 130 долл.

К следующему этапу мы будем иметь результат передела, который послужит полуфабрикатом для следующей стадии, уже в 1,3 раза более дорогой, чем у наших конкурентов.

Новый передел: конкурент опять тратит 10, 50, 30 и 10. А мы тратим уже 30, 65 (а не 50, как на первом этапе), 30 и 20 - итого 145. Продукт уже в 1,45 раза дороже, чем у конкурента.

Третий передел: конкурент тратит 10, 50, 30, 10. Мы - 30, 72,5, 30 и 20 - итого в 1,53 раза больше, чем конкурент.

На следующем этапе сырье (полуфабрикат) для нового передела будет стоить нам уже 76 долл. по сравнению с 50 у конкурента. А ведь начинали-то с сырья одинаковой цены! При этом мы условились, что производственные ресурсы расходуются на разных стадиях в одинаковых пропорциях. Но обычно на последних этапах доля стоимости сырья растет. В этом случае издержки в нашей стране на более поздних этапах будут еще сильней расти.

То есть относительная затратность каждого продукта по сравнению с мировым зависит от количества переделов - чем больше переделов прошел продукт, тем выше его себестоимость (или затраты на него) по сравнению с таким же продуктом, произведенным в других промышленных регионах мира. А ведь мы не учли, что сырье на самом деле обходится нам дороже, как нефть, например - напомню, что ее себестоимость у нас по сравнению с кувейтской выше в 3-4 раза!

Так что же получается - чем сложнее продукт, тем труднее ему конкурировать на мировом рынке?

Именно так. Если сырье в России обходится дороже на десятки процентов, то готовые изделия уже на сотни, и, продавая их по мировым ценам, российский производитель, чтобы быть конкурентоспособным, отнимает у себя. Раньше это было в неявной форме, потому что внутри страны цены устанавливались произвольно, без учета реальных издержек, а сейчас, с частичным входом в международный рынок, многое проявилось. Почему и цемент наши заводы не могут продавать по мировой цене даже внутри страны - она меньше, чем их издержки на производство. Раньше мы тоже разоряли себя, хотя и неявно.

Что может отнять у себя производитель, чтобы снизить отпускную цену? За все покупное (сырье, энергия) надо платить, хочешь не хочешь. Экономить приходится на зарплате (не платить ее) и, самое неприятное, на амортизации. То есть приходится не восстанавливать основной капитал, расходуемый в процессе производства!

Вот именно поэтому и складывается, вообще говоря, та самая сырьевая ориентация российского экспорта, которую ставят в вину Брежневу или Ельцину. в зависимости от политических пристрастий обвинителя. Но суть дела проще - если уж мы приняли решение: "Вывозить!", то сама жизнь быстро объясняет экспортерам, что вывозить лучше сырье, а не готовую продукцию. Меньше потери! Так и было во все времена, во все века.

Об этой ориентации говорится и в первой главе "Евгения Онегина" - помните, за что поставлялись в Россию предметы роскоши: "...за лес и сало...". Не зря эту книгу называют "энциклопедией русской жизни", это не лесть Пушкину. Пушкин в лицейские годы был дружен с семьей Н.М. Карамзина, можно сказать, не выходил из его дома, и, очевидно, многое впитал. А Карамзин был не только историк, но и блестящий экономист, гораздо лучше понимавший суть дела, чем нынешние публицисты.

Так что в вину руководителям того или иного времени можно поставить лишь идею широкой внешней торговли, но структура ее во многом складывается уже по экономическим законам, естественным путем. "Свободная" внешняя торговля автоматически и очень быстро ведет к деиндустриализации страны, но и "социалистическая" не способствует развитию собственных высокотехнологичных производств.

Кстати, из той же главы "Онегина" виден глубокий аморализм внешней торговли того времени. Пушкин не подчеркивает его, не "обличает", просто показывает. Умный не скажет, дурак не додумается. Подумайте на досуге, кто и в нашем обществе получает выгоды от внешней торговли, а кто обеспечивает ее существование и несет, соответственно, тяготы. И справедливо ли это? История показывает, что несправедливое общественное устройство в нашей стране может долго существовать, но рушится потом с очень тяжелыми последствиями. В первую очередь для виновников несправедливости. Приведу слова того же Карамзина, хоть и не со-всем на эту тему, но, по-моему, к месту: "... Но какой народ в Европе может похвалиться лучшей участью? Который из них не был в узах несколько раз? ... И какой народ так славно разорвал свои цепи? Так славно отмстил врагам свирепым?". По-моему, надо быть очень храбрым человеком, чтобы сознательно делать своим врагом население Восточной Европы.

Вернемся от "высоких материй" к "нашим баранам". Постойте, постойте, скажут мне. Что же получается? Что нам выгоднее, раз уж решили торговать, вывозить сырье, а не высокотехнологичную, наукоемкую продукцию? Ведь нам все последние десятилетия говорили о выгодности "глубокой переработки сырья"? Что лучше вывозить качественные доски, чем круглый лес?

Да! По экономике производства - именно так. С точки зрения "эффективности" выгоднее продукцию, прошедшую меньшее количество переделов, менять в мировой экономике на высокопередельную, а не наоборот. Сколь бы ни была совершенна технология изготовления продукции, если в мире еще кто-то ее производит, если технология известна еще кому-то, кроме нас - то при внешней торговле такой продукцией мы несем потери, тем большие, чем глубже степень переработки исходного сырья. Вот так-то. Экспортируя автомашины, мы, вместо прибыли, на самом деле разоряемся, хотя автостроители и продавцы богатеют.

Неожиданно? Но ошибки в рассуждениях нет - хотите, проверьте.

Но при этом - пытаясь добиться "эффективности" и продавая сырье - мы не используем ценнейший ресурс - рабочую силу. Наше население остается без работы!

То есть надо уточнить: торговля высокопередельной продукцией не "менее выгодна", а "более невыгодна". Вывоз сырья нам невыгоден тоже, если мы не монополисты или не договорились с другими производителями такого сырья.

Далее я покажу, что вывоз сырья нам все-таки невыгоден, даже, можно сказать, является медленным самоубийством. Мы можем вывозить только готовую продукцию.

И, еще раз: нельзя продавать уникальные технологии - мы себе сразу все концы обрубаем. Эти технологии, примененные в другой стране, дадут более дешевую продукцию, с которой мы будем тягаться, только неся тяжелые потери.

И покупать технологии только с целью развивать экспортное производство - тоже смысла нет, по той же причине. Лишь для себя технологии приобретать смысл есть.



Военное производство

Любой приказ, который может быть неправильно понят, будет понят неправильно.

Армейская аксиома

Обычно изложение моей концепции вызывает в собеседниках чувство внутреннего протеста, и они начинают искать какие-то варианты преодоления неконкурентоспособности нашей продукции на мировом рынке. Похоже, что такое же чувство возникает и у многих людей, профессионально или любительски следящих за ситуацией в экономике и стране. Ну должно же у нас быть что-то, благодаря чему мы можем все-таки вырваться вперед!

И в прессе "патриотического" лагеря, и из уст некоторых "умеренных" и "просвещенных" реформаторов можно слышать разговоры о "наукоемких" технологиях, на основе которых мы могли бы выйти на уровень развитых стран Запада. Упоминается при этом и наша военная промышленность.

Найдите и прочитайте книгу Максима Калашникова "Сломанный меч империи". Это поэма, ода советскому оружию, так о нашей военной технике никто не написал. По прочтении этой книги не остается никаких сомнений в превосходстве советской технической мысли над западной. Но! Все это оружие, и секретное, и известное, могло разнести в клочья военную машину Запада... но оно не обеспечит нам победы в экономическом соревновании.

Торговля оружием - дело, конечно, выгодное, американцы с этого хорошие деньги имеют. Оставим пока в стороне моральные и политические проблемы - для обширного производства оружия необходимо, чтобы все страны мира постоянно готовились перервать глотки друг другу а в этом благом деле бывают и перерывы лет по пятьдесят. Но дадут ли нам что-то высокие технологии нашей "оборонки"?

С самого начала надо сказать, что в реальной жизни используются не только последние достижения науки и техники. Какая там нужна супертехнология, чтобы штаны пошить? Ну не может же экономика состоять только из производства луноходов.

Да, есть страны, которые живут вроде бы только за счет уникальных производств, например, Швейцария. Но, боюсь, швейцарские часы, сыр и перочинные ножи дают на самом деле не так много прибыли, как швейцарские банки, а это совсем не промышленное производство.

Если мы будем рассчитывать, что можем всех забить военным и конверсионным производством, то это - легкомыслие.

Переучить конструктора танков на конструирование посудомоечных машин непросто, и его продукция нескоро сможет конкурировать с машинами, которые разрабатывают уже сорок лет. В любом деле есть технологические школы, традиции, у нас они есть в ракетостроении, в автомобилестроении они послабее, а в производстве видеотехники почитай что вообще нет, хотя и больше, чем в США - там и не пытались делать видеомагнитофоны, а мы делали. И предложить конверсионной технике сразу начать конкурировать на мировом рынке - ну, это зверство какое-то.

Кроме того, очевидно, что в случае действительно уникальных технологий мы столкнемся не только с экономической конкуренцией. Скорее всего, как в случае с предложениями наших ракет-носителей для коммерческих запусков, нам не позволят этого сделать. Не разрешат продавать ракетные двигатели Индии, реакторы Ирану, да мало ли что.

А теперь по сути вопроса, действительно ли наши танки и автоматы дешевы.

В нашей стране любое производство в любой сфере не свободно от высокого уровня издержек. Любой образец военной техники разрабатывается и собирается точно так же, как любое изделие гражданского назначения. Точно так же каждая военная гайка, шайба, деталь обойдется у нас дороже в производстве, чем в любой стране мира, из-за высокой энергоемкости производства. Танк или пушка - везде танк и пушка, и по конструкции они аналогичны. Да, на Западе могли себе позволить "вылизывать" военную технику (говорят, английские танки времен войны имели шлифованную снаружи броню, а изнутри они были обшиты пробкой), а по-моему, это как раз свидетельство отсутствия технологической школы. Но у них есть своеобразная фора - они военную технику делают во многом на продажу, и покупатель это оплачивает.

И разработка новой техники - тоже своего рода технологический процесс, включающий и подготовку студентов к разработке военной техники, и работу многих тысяч людей в конструкторских бюро, лабораториях, опытных производствах. Вот когда у нас начали готовить прорыв в космос, то, начиная с 1946 года, в наших ВУЗах целевым назначением готовили сотни инженеров именно для этой отрасли.

А дешевы ли в производстве наши инженеры?

Считается, что в США дорого и качественно готовят специалистов. Да, дорого, год обучения в Гарварде - 250 тыс. долл. Но специалистов ли там готовят?

Посмотрите на списки разработчиков, которые приводятся в заставках некоторых программных продуктов - WINDOWS, PHOTOSHOP. Среди фамилий - японские, корейские, индийские, даже русские и украинские. Ежегодно США импортируют десятки тысяч готовых врачей и инженеров из Европы и "третьего мира" - оказывается, там вполне нормальный уровень подготовки. А разве американская молодежь - все сплошь такие дебилы, что из них нельзя готовить врачей? Просто давняя болячка Америки, обострившаяся в последние годы - там нет нормальной системы высшего образования. Там хорошо готовят менеджеров, юристов и психоаналитиков, но только из богатых семейств. Там диплом Гарварда - свидетельство принадлежности к высшему классу, а не признак высокой квалификации.

Поэтому подготовка десяти российских инженеров, конечно, дешевле обучения одного американца в Гарварде, но инженер из ВУЗа азиатской англоязычной страны вряд ли дороже нашего.

А что касается собственно процесса проектирования, то каждая технологическая операция в нашей стране дороже, в том числе и прочерчивание линии на ватмане и сложение двух чисел на калькуляторе. Ведь это делается в отапливаемом помещении и т. д. См. выше.

А если каждый винтик и каждая операция в среднем дороже, то как изделие в целом окажется дешевле? Это иллюзия, созданная у нас в 60-е - 70-е годы, когда у нас отрицалось само существование затрат на военные цели. На самом же деле разработка и освоение производством новой военной техники обходятся для нас ничуть не дешевле, чем для любой страны мира. И при попытке конверсии в конце 80-х годов это сразу проявилось: разработанная в "оборонке" "бытовуха" обошлась в такие деньги, что заводские экономисты глазам своим не поверили. Какой-нибудь чайник с вещевого рынка был дешевле нашего "оборонного" в десятки раз!

Выгодным военное производство, точнее, торговля военным снаряжением может быть только в одном случае - если мы продаем часть продукции, которая в основном производится для своей армии, когда это подспорье, а не самостоятельное производство ради прибыли. Хороший пример еще с советских времен. У нас подтрунивали над пристрастием иностранцев к советской эмалированной посуде, и действительно, их багаж в аэропорту, с привязанными к чемоданам баками и кастрюлями, смотрелся забавно. Но на самом деле производство эмалированной посуды дорого и сложно, и возможно только в непосредственном соседстве с "оборонкой", точнее, тяжелой промышленностью. Ведь нужно производство металлического листа, мощные прессы и штампы, сварка, гальванические цеха, энергоемкие обжиговые печи. Только ради детских горшков такое производство развернуть просто невозможно. А у нас все это продавалось за копейки, и ладно бы только нам - но и иностранцам!

Вообще говоря, чем производство обширней, тем дешевле единица продукции. До определенного момента в этом проявляется выигрыш из-за разделения процесса производства на отдельные операции, как об этом писал еще Маркс применительно к изготовлению булавок В еще более массовом производстве выигрыш идет из-за того. что для больших объемов можно создавать новые технологии или переделывать известные - для малых объемов это не имеет смысла, разработка новых технологий - штука дорогая. Роторные линии по производству боеприпасов, вроде тех, что были придуманы академиком Кошкиным, есть смысл разрабатывать, если патроны предполагается производить не сотнями тысяч, а миллиардами.

Кстати, в западных учебниках экономики обязательно приводится гипотеза, что при превышении объемами выпуска некоего порога стоимость единицы продукции начинает возрастать (так называемый U-график). Дескать, не делайте так, как в советские времена делалось! Но на практике эта гипотеза не оправдывается, и в наиболее серьезных книгах об этом говорится. Массовое производство - всегда экономичнее мелкосерийного, и "Пепсико" и "Кока-кола" об этом хорошо знают.

Что же получается, противоречие с принципом "невыгодности экспорта сложной продукции"? Нет, противоречия нет. Там мы говорили о невыгодности экспорта продукции, технология которого в мире распространена. Но если мы будем выпускать по уникальной - чрезвычайно массовой технологии - то в этом случае, за счет отличий в технологии, такое производство может быть более выгодным. Массовый патрон нашего производства может оказаться выгодней мелкосерийного, произведенного "у них". Но технология не должна быть простым объединением под одной крышей тех же самых процессов и станков, а должна быть принципиально иной - тогда выигрыш возможен.

Если мы делаем танки или патроны для собственных нужд - а это приходится делать не по экономическим причинам, а по другим - то частью выпуска можем торговать. Но если мы попытаемся выходить на внешний рынок с продукцией, разработанной специально для мирового рынка - то в чем может быть наше преимущество? Временно, используя труд поколений конструкторов, на этом рынке можно продержаться, но развиваться на этом багаже нельзя. Нам придется организовывать производство только на базе выручки за проданное оружие, то есть мы проиграем в конкуренции точно так же, как проиграем, производя на продажу стиральные машины или яблочное повидло. Почему МиГ-29 хорошая машина? Потому что на ее разработку с 70-х годов не жалели средств, делали-то для спасения своей жизни и жизни наших детей. А если бы разрабатывали, надеясь на несколько миллиардов, которые через 10 лет получим от Бахрейна какого-нибудь, то не сделали бы ничего. С-300 пресловутый испытан аж в 1978 году - разве сейчас можно что-то подобное сделать, рассчитывая только на внешний рынок? Кто нам его закажет9 Сама разработка этой системы была возможна при значительной концентрации средств и усилий.

Сейчас торгуют тем оружием, что было создано в СССР, а не в России.

Кстати, те же американцы будут конкурировать с нами, продавая обычную серийную военную технику. Они-то отнюдь не разоружаются!

То есть военная промышленность не существует и не может существовать сама по себе, рядом с больной экономикой. Это ветка на дереве экономики, и ее задача - не плоды приносить, а колючки, и поострее. И при засыхании корней она высохнет тоже.

Таким образом, производство рядовой, обычной военной техники будет неконкурентоспособно по тем же причинам, которые делают неконкурентоспособной нашу промышленность вообще. Производство же уникальной военной техники, за которую мы могли бы брать монопольную цену, окупающую наши издержки - невозможно по другой причине. Дело в том, что все больше стран переходят на стандарты НАТО. Это касается не только братьев-славян (чехов и поляков), но и других стран всего мира. Причины этого прискорбного явления известны. Этот дополнительный отрицательный фактор с лихвой перекрывает невыгодность работы военной промышленности только на внешний рынок.

Не будет страна-союзник Запада покупать русское оружие, даже не по причине врожденной пакостности. В одной армии, в одном военном блоке трудно иметь разные системы оружия, это касается и совместимости по боеприпасам, по источникам питания, по радиочастотам, по топливам, по маслам и т. д. Поэтому нельзя рассчитывать, что системы наведения какая-то страна закупит в США, а штурмовики у нас. Вряд ли страна купит у нас партию армейских пушек, если в ее флоте используются снаряды других калибров.

Когда-то мы делали оружие, к которому подходили натовские боеприпасы. Из 82-мм миномета можно стрелять американскими 81-мм минами и т.д.. Сейчас ситуация изменилась. Что делать нам? Перейти на НАТОвские боеприпасы? Разворачивать "экспортное" военное производство?

Реальным стандартом русского происхождения в мире остается, пожалуй, только патрон 7,62х39, от которого мы сами в 70-е годы в связи с избытком ума отказались. Но ведь под этот патрон может делать оружие не только Тула - на мировом рынке есть автоматы и пулеметы Калашникова и китайские, и хорватские, и аргентинские, и из арсеналов бывшей ГДР... Чем они хуже?

Есть системы оружия, которые можем пока продавать только мы. Но Запад стал поумнее, или, точнее, остался достаточно умным. Он создал невыносимую обстановку именно для потенциальных покупателей нашего оружия. Ирак, Ливия покупали бы наше оружие и платили бы долги, но Запад крайне затруднил им доступ к нефтедолларам политическими и военными методами.

Сейчас ситуация дополнительно осложняется и государственной политикой, определяемой тем самым "золотым правилом". Военное производство Китая базируется во многом на советских стандартах, с ним возможна и кооперация. Она и идет явочным порядком, но что это за кооперация? За несколько десятков тысяч долларов у наших НИИ и КБ, живущих "на вольном выпасе", покупаются разработки и образцы, а производство развертывается в Китае. С секретной техникой и того лучше - приобретается образец и копируется. У нас очень хвастаются комплексом С-300, и, боюсь, зря. Образцы его есть уже и в США (через Белоруссию, еще до Лукашенко) и в Китае. Результат? Китай уже выбросил на рынок свою версию С-300, несколько упрощенную. Вместо РЛС с фазированной решеткой там стоит простая, но наша ниша рынка вооружений резко сузилась. Уже и на американских фрегатах стоят РЛС советской разработки, а что мы получили? Сейчас - несколько десятков тысяч долларов для разработчиков и чиновников, а в перспективе - смерть тысяч наших моряков и летчиков в морских волнах.

Раньше, производя уникальные системы оружия, мы по крайней мере цену могли устанавливать сами. А сейчас и уникальными системами оружия советской разработки приходится конкурировать. На рынке оружия есть Украина со своими танками и БМП. Да даже когда на рынок независимо выходят два российских завода, этот рынок вместо монополистического становится конкурентным - невыгодным для обоих продавцов.

Можно рассказывать долго, но итог один - мы не победим на мировом рынке, пока его прилавки контролируются другими. Это касается и оружейного прилавка мирового рынка - как одного из самых богатых.

Оружейное производство может служить неплохим подспорьем, если торгует само государство, и если это государство - СССР, но как только на рынок выходят наши предприятия по отдельности - то их технологического задела хватит лишь на несколько лет, и эти несколько лет почти кончились.

Ну и в добой - даже коммерческие запуски спутников нам, по законам физики, обходятся дороже, чем другим странам. Чем дальше старт от экватора, тем мощнее, а значит и дороже, должна быть ракета-носитель. Сделали наши и украинские ракетчики уникальную штуку "Морской старт" на базе нефтяной платформы. Но права на эту технологию - у американцев, у "Боинга". Ну, так уж вышло, никто не виноват.

Вот поэтому оставьте все надежды. Мы не победим в конкуренции на мировом рынке. Да, грустно, да, обидно, но это так. Воспринимайте это как данность.



Почему невыгодно торговать сырьем

Горький опыт открытия мировому рынку вызвал в среде тех, кто способен думать, потребность осмыслить причины краха российской экономики. Процесс утечки капиталов из нашей экономики не слишком заметен, и на эту главную составляющую кризиса внимания обращают как-то меньше. Те, кто вывозят капитал, не заинтересованы в рекламе своих достижений, а те, кому для производства капитала не хватает, говорят об этом... но они деморализованы тем, что их производство неэффективно, и все их попытки конкурировать даже в производстве простых и традиционных товаров терпят фиаско. Большинство реальных производителей не считают себя вправе требовать капиталовложений, зная, что в нынешних условиях они не дадут прибыли на вложенный капитал.

Поэтому промышленники (неважно, директора это государственных предприятий или частники) пытаются сначала найти причины убыточности экономики, а потом уж претендовать на капиталовложения, чужие или свои.

Многие из них подсознательно склонны винить себя (на природу грешить у нас не принято), хотя многие уже подметили, что при расчете производственных издержек самой тяжелой гирей на весах служат затраты энергоносителей - если бы не счета за отопление, говорят они, мы могли бы держать мировую цену.

Но некоторые склонны обвинять... "засилье иностранных товаров". Дескать, именно оно приводит к разорению наших производителей. Но такие обвинения не слишком разумны - иностранные товары и оказались-то у нас в стране, потому что наши не могут составить им конкуренции.

Еще раз напомню - увы, приходится - "конкурентоспособные" не значит "качественные". Это сейчас и дети знают! И зарубежные товары бывают невысокого качества, просто цена должна ему соответствовать, и товар будут брать. Бывают разные по цене стиральные машины одной фирмы, у одних бак пластмассовый, у других - стальной, такие подороже. Берут и те и эти, у каждой свой покупатель. На мировом рынке, грубо говоря, можно дырявые носки прямо с ног продать, надо только назначить правильную цену.

Наша проблема лишь в том, что на товар одинакового с зарубежным качества мы больше тратим при производстве, чем иностранцы, и приходится продавать в убыток. Производитель либо не может продать, если пытается установить цену, окупающую издержки, либо разоряется, если продает по мировой цене.

Отсюда и бартер пресловутый! Не может наш производитель продать за "живые" деньги свою продукцию, потому что он должен выручить больше, чем затратил, а мировая цена - ниже. Вот он и меняется с другими такими же, баш на баш. То, что называется бартером, на самом деле стихийно возникшая неконвертируемая российская валюта, пока безналичная.

Но наши промышленники и экономисты не решаются признать, что нельзя избежать неизбежного, и как бы не знают о более высоком уровне издержек в нашей стране. А если не использовать обычный экономический анализ "выгоды-издержки", то остается только подозревать нечестную игру иностранцев. Считается, что в мире существует предвзятое отношение к России, и что нас разоряют целенаправленно:

"...Как только СССР стал проводить политику "включения в мировой рынок", ему немедленно опустили цены на все экспортные ресурсы: нефть, лес, руды, металлы и т. д. То есть, начали обворовывать граждан СССР, их детей и будущие поколения". (Ю.И. Myхин, "Кредит", газета "Дуэль" № 17, 1999 г.)

Действительно, дела обстоят таким образом, что цены на сырье в мире падают.Произошло ли это из-за того, что на рынок вышла Россия? Нет, и до того мы экспортировали сырье в довольно значительных масштабах. Просто Россия более зависит от внешней торговли, чем зависел Советский Союз - у него и свое производство было, а нам это падение цен гораздо заметнее. Тут чувствуется давнее наше заблуждение - мы считаем, что мы очень значительная величина в мире, и что ради нас приводятся в действие глобальные процессы. Это не так, наши огромные пространства, как и Антарктида, ни на кого не производят впечатления. В мире что-то значили не миллионы квадратных километров тундры, а государственная мощь СССР, и с ее исчезновением мы выпали даже из первой десятки, и Франция и Англия более значимы, чем мы. Во всех отношениях - и в науке, и в спорте, и в культуре особенно. И это касается и сырья - с нашими жалкими 40 млрд. долларов сырьевого экспорта - мы никто. Поставляем мы нефть, не поставляем - никто в мировом масштабе этого не заметит. Даже лес - в мире его много, а в Америке, Канаде, Европе уже давно действуют лесные фермы, где, как на конвейере, убирают насаждения нескольких американских видов сосны, которые быстро растут и дают отличную древесину. И вообще сырьевыми регионами двадцать первого века станут тропические области Африки и Южной Америки.

А вот целенаправленное давление на производителей сырья - имеет место, и не только Россия является мишенью. Падение цен на сырье - давний процесс. Добывать сырье умеют все лучше, расходуют все экономнее, а запасы даже невозобновляемых ресурсов еще далеко не исчерпаны. Казалось бы, месторождений становится все меньше, цены на сырье должны расти - ан нет, на все виды сырья идет планомерное падение с 50-х годов. Только нефть росла до 86-го года (в 5 раз с 50-х годов), правда, с учетом инфляции, это не в пять раз, а поменьше. Но в 86-м начался резкий спад, а сейчас он еще усилился.

Все-таки, в данном случае, видимо, более правилен другой закон, а не закон спроса и предложения, как утверждают западные экономисты. Согласно закону стоимости, открытому, по-моему, еще Марксом (так нас по крайней мере учили), в условиях конкуренции цена на товар стремится упасть до уровня издержек на его производство. Вот она в мире и падает. Бывший владелец сырья в результате получает не стоимость сырья, а только возмещение затрат на добычу, плюс прожиточный минимум.

Вы думаете, колумбийские старатели, добывающие лучшие в мире изумруды, богачи? Нет, нищие.

Кстати, может быть, вы думаете, что мы - владельцы наших природных богатств? Нет. Даже если не принимать в расчет разнообразных ...ских, то все равно: владелец ресурсов тот, кто их потребляет. А это не мы!

Немцы потребляют на душу населения 26 кг алюминия, а мы 10, и не немцы его производят. Фосфорных удобрений американцы расходуют 157 кг на душу, мы - 16. И эти данные относятся к тому периоду, когда у нас все работало. Вот кто владелец ресурсов!

Нас не только разоряют целенаправленно - так и само собой получается, как только мы вливаемся в "мировой рынок". Причем все мировые производители от продажи распространенного сырья имеют хоть мизерную, но выгоду, а мы продаем чаще в убыток - у нас и на добычу сырья затраты больше. Нашим лесорубам телогрейки нужны, а бразильским - нет и т. д. и т. п.

Для высокотехнологичных товаров этот закон стоимости не успевает подействовать - появляются все новые виды, и производитель такого товара, пользуясь монополией, держит высокую цену. Это хорошо видно по процессорам Пентиум - новые модели довольно дороги, пока конкуренты - АМД, "Сайрекс", некоторые другие фирмы - не выпускают аналог. После этого цена быстро падает до уровня себестоимости. То же касается и других высокотехнологичных изделий. И на автомашины каждой конкретной модели цены после выхода в серию снижаются, и порой довольно резко, но новые модели - новые цены. Автомобиль нынешний - не тот, что был в 50-х годах! Такие производители, как серфингисты, должны держаться на переднем фронте волны, и тогда они несутся вперед.

А вот руда - и всегда была руда, ее потребительские свойства не меняются, и сейчас немыслима ситуация, как в войну, когда добыча какого-либо стратегического сырья давала десятикратную прибыль. Но тут надо быть шведами: чтобы все вокруг воевали, а мы бы только рудой торговали.

Удержать цену существенно выше себестоимости могут только монополисты, и против сырьевого монополизма Запад борется всеми силами. Западные страны эффективно разрушают все союзы экспортеров сырья типа ОПЕК, не давая производителям удержать цены на высоком уровне.

Но, кроме того, наша страна и не борется за цены, особенно сейчас. Нефть, например, экспортируют мелкие фирмы, нередко это просто бандитские группы. Их задача - продать как можно больше и поскорее смыться, какая уж тут стратегия. То же - и в других областях.

И самое грустное, что эта ублюдочная политика не нова. Мы и раньше могли лучше влиять на мировую конъюнктуру, но... Например, многие виды сырья производили только мы и ЮАР, но по причинам "идеологического" свойства какое-либо взаимодействие между нашими странами было невозможно. Как мне кажется, западный мир намеренно осложнял ситуацию в Южной Африке, поощряя наиболее непримиримые к "коммунистам" слои, делая тем самым в конечном итоге дешевле сырье. На мой взгляд, тот странно высокий накал войны в Анголе, явно превышавший геостратегическое значение этой страны, инспирировался Западом через свою агентуру и в ЮАР, и в СССР. Цель та же - чтобы алмазные и хромовые короли не договорились между собой о монопольно высокой цене.

И опять-таки, если кто думает, что такая ориентация нашей внешней торговли навязана нам западными теоретиками, то это oт невежества. Практическими политиками - в какой-то степени да, но не экономистами-теоретиками. В западных учебниках для туземцев особо предупреждают, что опасно базировать экономику на сырьевом экспорте, а тем более на монокультуре. В случае падения цен на этот вид сырья экономика такой страны кончает крахом!

В качестве примера в "Экономикс" С.Фишера приводится Гана, специализировавшаяся на какао. В 70-х годах мировая цена на какао иногда ни с того ни с сего падала в три раза. Эффект для экономики Ганы был как в известном театральном анекдоте про "гонца из Пизы".

Сейчас можно уже приводить в учебниках в пример и Россию - наше "какао" - энергоносители.

Дело старое, но в 70-х - 80-х годах данные о нашей внешней торговле были секретны, и неспроста. От кого секрет? От американцев? Так с ними и торговали. Просто кое-что делалось явно не в национальных интересах. Мы снабжали Америку титаном в виде титановой губки (то есть после самой энергоемкой операции) в объемах, как раз достаточных для ее производства военной авиации. И это при том, что тогда действовали унизительные ограничения во внешней торговле, санкции против СССР, да и вообще - "холодная война". Нет бы сказать - ах, так? Летайте на фанерных. Но уж очень хотелось долларов... а чтобы народ не беспокоить, все было секретно. В общем, не с Горбачева все началось, при нем фурункул просто прорвался наружу.

Но это уже субъективный фактор, то есть неблагоприятное влияние на нашу жизнь конкретных лиц, оказавшихся у власти. Если народ не может регулярно контролировать и наказывать власть, если власть не будет ответственна перед народом - такая ситуация неизбежна.



Автаркия

Государство - это самодовлеющее общение граждан, ни в каком другом общении не нуждающихся, и ни от кого другого не зависящих.

Аристотель

То есть, видите, никакая внешняя торговля стране в целом ничего не дает, даже если мы постараемся распределить вывоз по уму. За сырье платят - только за добычу, сложная техника нам слишком дорого обходится... Отпустив частника в свободное плаванье по волнам мирового рынка, мы лишь теряем достояние наших потомков, созданное нашими предками.

Надо лишь признать реальное положение вещей. На мой взгляд, для создания жизнеспособного государства на российской территории нужно лишь одно:

внутренний российский рынок должен быть изолирован от мирового.

Я сказал эту фразу, которой, как черт ладана, боятся демократические журналисты, политологи и экономисты. Стоит только намекнуть на благотворность изоляции российского "экономического пространства", как начинается жуткий, отвратительный для слуха визг:

"автаркия!", "международная изоляция России!", "железный занавес!", "экономический ГУЛАГ!". Реакцию легко предсказать, фантазия у сторонников "мировой экономики" небогата.

Но полностью ли изолирован? Или частично?

Попробуем сначала рассмотреть вопрос теоретически - а можно ли полностью изолироваться от внешнего мира, а если нельзя, то почему? И если мы все-таки решим, что изолироваться не стоит, то, на каких основах должно базироваться наше взаимодействие с внешним миром? И что оно нам даст?

Полная изоляция от внешнего мира, или самодостаточность, или изоляционизм, или полное самообеспечение - по-научному называется "автаркия". К ней призывают сейчас те, кто по горло наелся мировым рынком. Согласно "Президентскому посланию 1999 года", такие призывы - подрыв российской государственности, не больше, не меньше. Зная аристотелево определение государства, можно сказать, что подрыв российской государственности начался давно.

Уже привычно слышать заклинания из уст тех, кто считает себя "реформаторами" и "демократами": "изоляционизм не нужен, вреден, бессмыслен". Так любит говорить Л. Черной - предприниматель, сделавшийся миллионером на приватизации российского алюминиевого комплекса и внешней торговле алюминием.

Приводят иногда и якобы цитату из Маркса с тем смыслом, что ограниченная экономика якобы обречена на гибель. Странная мысль, любая экономика ограничена территориально - например, современная ограничена по крайней мере размерами земного шара. И поэтому она обречена? Не знаю, говорил ли так Маркс, но приводящие эту цитату явно не в ладах со здравым смыслом.

Поэтому ни одна сколько-нибудь разумная экономическая теория вовсе не может утверждать, что самодостаточная экономика невозможна. Возможна.

Даже и небольшая страна может сколь угодно долго существовать по-робинзоновски, лишь бы ее население не превышало возможностей страны по производству продовольствия. Правда, развитие в такой изолированной стране может полностью остановиться - из-за отсутствия противоречий. Так, в начале 17-го века, одновременно с нашим Смутным временем, в Японии тоже происходили непростые события. После изгнания из страны европейцев (они вдохновили антиправительственное восстание японских христиан) и самоизоляции страны там наступил технический регресс. Вышло из употребления огнестрельное оружие и прекратилось использование денег (даже и не знаю, минусы это на самом деле или плюсы), вернулись платежные средства в виде мешков с рисом.

Другое дело, что современные средства обороны (а в покое никого в мире не оставляют, кто упал - того съели) требуют технического прогресса, который при полной изоляции затруднен. Американская эскадра коммодора Перри пушками заставила Японию в 19-м веке открыться мировому рынку, на свою голову. Японцы тогда этого не хотели, но их пушки были неконкурентоспособны по сравнению с американскими.

Кстати, японцы в считанные годы наверстали тогда отставание то есть период "автаркии" не ослабил какую-то коренную способность нации к техническому прогрессу. Отчасти поэтому я считаю, что мы, дважды в 20-м веке войдя в мировую пятерку лидеров, сможем занять достойное место в мире и в 21-м.

Если мы не хотим, чтобы нас, как японцев 19-го века, "открывали", надо иметь хорошую военную технику, то есть современную, а в ней порой используется разный "дефицит". Даже у нас во время войны не хватало некоторых видов сырья, и вовсе не из-за технической отсталости, просто нет у нас, и все. Экзотический пример: ну не живет у нас шеллачный червец - а шеллак, использовавшийся и во время войны в некоторых специальных приборах, ни одна самая развитая страна заменить не смогла. Сейчас хрома нет, а в производстве специальных сталей заменить его нечем. Сурьмы нет, процессоров "Пентиум", мало вольфрама, мало урана, да мало ли чего.

Поэтому полная автаркия невозможна практически.

А вот желательна ли?

Даже если оставить в стороне военный аспект экономики - неприятная это наука, как бы убить побольше и подешевле - есть и в обычной жизни доводы против полной автаркии. Ведь мы говорим, что экономика построена на человеческих потребностях - то есть желаниях, для удовлетворения которых человек согласен трудиться.

Что такое "автаркия"? Это полная изоляция от мира. Что выкопал, то и съел. Хорошо ли это? Нет, это плохо. Кофе у нас не растет, а многие без него жить не могут. Был такой случай в истории, в 1813 году немцы восстали против Наполеона, потому что континентальная блокада оставила их без кофе и сахара.

Человек сформировался в Старом Свете как биологический вид без доступа к табаку и какао, значит, эти вещи для нас не необходимы. Но найдем ли мы в себе силы отказаться от этих порочных привычек выкурить сигарету и съесть шоколадку? Лучше нашего шоколада - только швейцарский, но какао-бобы растут в тропиках. Из-за этих роскошеств мы нуждаемся во внешней торговле, так как у нас и приличный табак не растет. У нас нет хлопка, цитрусовых.

Я не буду это долго обосновывать - каждому понятно, что жить при автаркии можно, но современное общество слишком завязано на международную торговлю. Да что говорить, даже в доледниковую эпоху зафиксировано распространение каменных орудий и украшений далеко от места их изготовления. И наша история не подтверждает благотворность автаркии - у нас были периоды бурного роста промышленности при сохранении обширной внешней торговли. Значит, полная изоляция по крайней мере не необходима. Значит, если не интеграция в мировую экономику, то, по крайней мере, внешняя торговля желательна.

К сказанному надо добавить: самое неприятное в условиях автаркии - повышенный расход ресурсов из-за мелкосерийного производства. Мы - не такая уж большая страна. Наш рынок ограничен по объему, но не по разнообразию потребностей, и мы используем огромную номенклатуру изделий, многие из которых потребляются в небольшом количестве. Для их производства в условиях автаркии придется разворачивать огромное количество специализированных мелкосерийных производств. Мелкие серии плохи тем, что на единицу продукции уходит больше сил и получается больше отходов, чем в крупных сериях. Для производства многих видов продукции нельзя обойтись без развертывания технологического оборудования и оснастки "по полной программе" - независимо от того, сто эмалированных кастрюль будет производиться или миллион. Чем крупносерийнее производство, тем более эффективным его можно сделать.

Выгодно было бы выменять небольшую партию чего-то "у них" на часть крупной серии, производимой "у нас". Иначе, при нашем-то расходе ресурсов на выживание, мы еще дополнительно будем нести убытки из-за мелкосерийности.

Конечно, разнообразие красит жизнь. В США даже патроны к "Калашникову" выпускает чуть ли не десяток фирм, и стрелок-любитель может хвастаться перед друзьями любимой маркой. Там практически нет предмета, у которого не было бы "двойника", выпускаемого конкурентом. Но это во многом декорация: при всей непохожести телевизоров и огромном количестве их производителей кинескопы для них очень долго выпускались всего тремя фирмами, лишь сейчас к ним присоединился Самсунг.

В современном мире очень распространено так называемое OEM-партнерство. При этом продукция производится вскладчину несколькими фирмами. После того, как изделия сходят с одного-единственного конвейера, OEM-партнеры ставят свой "лэйбл" и реализуют самостоятельно. Таким образом, например, производятся популярные у нас фотообъективы "Солигор", поразительно дешевые для "японской" фототехники. Одновременно в мире продаются абсолютно идентичные объективы под марками "Косина", "Вивитар", "Фойхтлендер" и т. д. Это как раз OEM-партнерство. Кстати, производят "японскую" фототехнику и электронику сейчас, конечно, на самом деле Китай. Юго-Восточная Азия и даже Ирландия, так как тамошнему рабочему можно меньше платить, чем японцу.

Если вам приходилось относить в ремонт старый ксерокс или лазерный принтер не очень популярной фирмы, то вы, возможно, замечали, что ремонтники первым делом листают потертые брошюры - таблицы соответствия. На самом деле некоторые устройства, идущие под маркой "Эппл", например, выпускаются "Кэноном" или "Хьюлетт-Паккардом". Причина та же - ну невыгодно выпускать тысячами, а сотнями тысяч выгодно. В мире это понимают, пора понять и нам, что мелкие производства не всегда выгодны.

Есть в мире уникальные производства, снабжающие своей продукцией все страны. Например, станки для часовой промышленности делали только в Швейцарии, там же производили штампы для деталей кузова практически всех автомобильных производств мира. Некоторые микропроцессоры выпускаются лишь в одном месте, например, специализированный чип - электронные часы, устанавливаемые на все материнские платы персональных ЭВМ, какая бы фирма их ни выпускала, делаются на одном заводе фирмы Моторола. До перестройки некоторые серии микросхем, производимых в Зеленограде, расходились по всему миру, и не потому, что японцы не могли их скопировать - развертывать свое производство оказалось дороже, чем покупать. И даже сейчас Зеленоград держит в мире первенство по чипам для наручных часов, и не просто держит, а захватил подавляющую долю рынка - конкурентам оказалось невыгодно заново развертывать производство по устаревшей, 5-микронной технологии. Правда, не знаю, кому это производство принадлежит, нам или все-таки каким-нибудь, мягко говоря, японцам.

То есть в идеальном случае, когда решается вопрос о развертывании производства нового типа машин, надо просто считать - может быть, выгоднее произвести дополнительно партию уже освоенных производством машин и поменяться с иностранцами? Вот для таких расчетов понадобятся профессиональные (и высокооплачиваемые) экономисты! Вот в этом главная задача технологов и экономистов - точный расчет издержек в альтернативных технологических процессах. Будет ли выгода по сравнению с другими странами? С учетом нашей энергоемкости? Если будет - можно и продавать, точнее - меняться.

Мы говорили о невыгодности экспорта продукции, технология которого в мире распространена Но если мы будем выпускать по уникальной - чрезвычайно массовой технологии - то в этом случае, за счет отличий в технологии, такое производство может быть более выгодным.

Еще раз: если наша промышленность будет производить все, то значительная часть производств будут мелкосерийными, что - технологи знают - верный путь к разорению. У нас 130 тысяч предприятий - а современное общество нуждается в гораздо большем числе производств!

Но нужен справедливый обмен, а как его достичь ? Вот это первый и главный вопрос - как достичь справедливого обмена. Есть принцип - рынок является справедливым, когда продажа и покупка на нем происходят без принуждения. А для этого нужно сильное государство, то есть не такое, где президент смотрит букой, а где экономика способна обойтись своими силами в случае шантажа и принуждения.

В порядке анекдота - но не совсем анекдот. До афганской войны серьезным экспортным производством у нас было изготовление галош, продавали мы за рубеж миллионы пар, правда, в основном в Афганистан. Никто не решался отобрать у нас такой экзотический сектор рынка - эта технология в мире была утеряна, как строительство пирамид.

Это еще одна иллюстрация к той же мысли - конкурентоспособной может быть почти любая продукция, лишь бы ее хоть как-то можно было использовать, и лишь бы цена соответствовала ее потребительской стоимости.

Итак - автаркия не нужна. Но изоляция нужна! Так в чем же должна быть изоляция?



Первая поправка

Третий закон Чизхолма.
Любые предложения люди понимают иначе, чем тот, кто их вносит.
Следствия:
1. Даже если ваше объяснение настолько ясно, что исключает всякое ложное толкование, все равно найдется человек, который поймет вас неправильно.
2. Если вы уверены, что ваш поступок встретит всеобщее одобрение, кому-то он обязательно не понравится.

Как уже показано выше, основной и первой бедой Для нашей экономики является утечка капитала. А что такое капитал? Валюта? Нет, как раз валюта - не всегда капитал. Если она предназначена для закупки чего-то необходимого для производства - тогда да. Если же она используется для покупок для себя, душу потешить - это не капитал. Вот сырье, энергия, оборудование, помещения - вот это всегда капитал!

Капитал - то, что может использоваться в процессе производства.

Понимаете суть дела? Если дебилу-наследнику достался завод, и он начал, вместо продолжения производства, распродавать станки - то что это такое? Это дебилизм чистой воды. Нормальные люди продают не капитал, а продукцию.

Поэтому продажа сырья - и есть сама по себе утечка капитала. Если бы мы меняли один вид капитала - сырье - на какой-либо другой, то такая продажа еще оправдана "трудовой протестантской этикой", да и любой другой трудовой этикой. Но пускать основной капитал в распыл... Нет, таких деятелей западный человек всерьез никогда не воспримет. Поэтому почти неприкрыто и издеваются "их" лидеры над "нашими".

Также видами капитала являются оборудование и комплектующие, и тут не всегда легко провести разницу между экспортом и вывозом капитала. Если оборудование отнимается у отечественной промышленности, или если часть выручки от такого экспорта не возвращается в страну, или если выручка от продажи оборудования не используется для закупки оборудования же - то это одна из форм вывоза капитала.

Сырье вывозить сложно - объемы и вес бывают довольно велики по сравнению с конечным продуктом, и во многих странах, непригодных для промышленного производства, все-таки первичную обработку сырья производят на месте, за счет чего некоторые "слаборазвитые" как-то живут. Но за время советской власти, с эпохи Брежнева, как на трех, создали целую систему экспорта ресурсов, а сейчас упорно поддерживается "режим наибольшего благоприятствования" - у нас пока просто смешные по сравнению со всем миром транспортные тарифы, поэтому пока вывоз капитала в виде промышленного сырья легок. Но это пора прекращать - впрочем, инфраструктура сырьевого экспорта как раз и выслужила срок, в частности, "труба". Она была рассчитана примерно на 35 лет, они уже почти и кончились.

Так что же, никакое сырье не продаем?

Конечно, если в хозяйстве перекос - одного вида капитала много, другого мало - то можно поменять, но нельзя менять капитал на потребительские товары! Это, как выражаются в определенной социальной среде, "западло". Капитал можно менять только на капитал!

И если уж в припадке государственной мудрости наши деятели допустили факт продажи национального капитала, то рвать на теле волосы по поводу судьбы долларов, полученных от этой продажи - уже немного поздновато. Не для того экспортеры взяли на себя эту трудную ношу - доллары получать - чтобы с кем-то делиться. Хотя все, конечно, понимают, что стоны по поводу утечки валюты - лишь имитация озабоченности, особенно перед выборами.

Надо позаботиться о сохранении всего капитала страны, а не только в виде валюты.

Вспомним, о чем мы говорили - высшей целью для нас является предоставление каждому возможности трудиться и трудом зарабатывать себе на жизнь. Что для этого нужно, кроме желания, рук и головы? Производственный капитал. Вот его и надо сохранять, насколько это возможно. И ныне, и присно, и во веки веков.

Прекратить утечку капиталов можно единственным методом - ликвидировать саму возможность этого. Ну так что, хождение доллара запрещаем, за попытку продать доллар - "три года расстрела" и т. д.?

Давайте не будем торопиться. Давайте сначала примем правильный закон.

Ведь мы говорили - вывоз капитала экономически выгоден. Значит, экономическими методами бороться нельзя, надо организационными, законодательно. Так как данная проблема у нас основная и никогда никуда не денется, то закон этот должен быть для нашей страны основным. Он у нас уже есть - Конституция. Если новой не будем принимать, то надо принять Поправку - "Первую Поправку" примерно следующего содержания:

"Общественный строй России - капитализм. Высшей целью капитализма является сохранение и приумножение капитала. Капиталом является все, что может быть использовано для производства. Вывоз капитала из России запрещен"

Если кто икнул, прочитав это, то вдумайтесь: а что тут такого? Тут, кстати, про частную собственность я ничего не говорю, ни полсловечка. Капитализм и государственный бывает. Капитализм и частная собственность - не синонимы, это разноуровневые вещи! Просто сейчас уже начали нести по кочкам и "капитализм", и "рынок", а ведь их у нас еще не было, мы их не попробовали! То определение "капитализма", к которому мы привыкли - "на основе частной собственности на средства производства " - идеологическое. На самом деле капитализм - это человеческая деятельность, постоянно направленная к увеличению капитала. Для нас именно такая направленность экономики в масштабах страны - жизненная необходимость, поскольку в нашей стране в условиях открытости рынку естественной целью деятельности экономических субъектов является ликвидация капитала путем его вывоза из страны.

С моей точки зрения, опасность для России того "капитализма", который мы знаем по учебникам, заключается только в возможности вывоза капитала. в денежной или натуральной форме. Все другие опасности частного (бывает и не частный) капитализма, то, чего боится левая оппозиция, на мой взгляд, преувеличены. Во всем мире есть определенные механизмы, юридические, налоговые и т.д., позволяющие ограничить возможность владельца капитала использовать его только в свою пользу, а, тем более, в ущерб обществу. Чтобы избежать нынешней ситуации - все общество беднеет, а некоторые богатеют - нужно знать, как и почему это происходит. И не так уж жизненно необходимо, на самом деле, отбирать "многомиллиардные состояния" у Вяхирева или (свят, свят) даже у Чубайса - на самом деле владельцы их просто управляют целыми отраслями промышленности, и даже прибыль от них не используют на собственное потребление. И если они будут управлять ими и дальше, но не во вред стране, а на пользу - кто против? Просто придется поставить, к примеру, тому же Вяхиреву некоторые рамки в его деятельности.

Особенность частнособственнического капитализма, действующего в. однородной по издержкам среде, в том, что кто эффективно управляет, тот, в конце концов, перехватывает ресурсы у неэффективных. И у нас должен существовать метод передачи ресурсов тем, кто может их применять эффективнее, на пользу всему обществу, состоящему из нынешнего населения и будущих поколений. Я тут рецептов не предлагаю, предлагаю самостоятельно подумать.

В конце концов, можно даже и оставить название "частная собственность", но из прав собственника убрать одно - право вывоза за границу, которое может принадлежать только обществу в целом - или в лице государства, или даже с помощью еще не существовавшего у нас механизма - когда любой вывоз будет осуществляться на основе консенсуса между административными структурами и органами народного представительства . Такого у нас еще не было, но это необходимо.

Еще больше уступлю - да мне нет дела, какая у нас будет форма собственности. Пусть хоть коммунизм. Лишь бы капитал (средства производства разного рода) из страны не вывозились, все желающие могли работать и чтобы производство было эффективным - производились лишь нужные вещи. И чтобы доступ потребителей к товарам не ограничивался нерыночными мерами ("черный ход - завмаг - товаровед").

Согласно Первой Поправке из страны нельзя будет вывозить сырье (в том числе теплоносители), комплектующие, оборудование, инструмент. Все, что может быть использовано для производительного труда, понадобится нам самим, для реализации того самого основополагающего принципа - чтобы каждый желающий трудиться из нынешнего и будущих поколений был по возможности обеспечен средствами производства.

Но мы ведь говорили, что не все виды сырья у нас есть. Значит, нужна Вторая Поправка - "Под общественным контролем допустим обмен одних видов основного капитала на другие. При этом допустим обмен невозобновляемых российских ресурсов только на невозобновляемые".

Итак, нефть или газ можем продавать? Нет, так как они могут использоваться в производстве. Менять можем? Да, на уран или вольфрам (помните - "государства торгуют меной вещей" - Н.М. Карамзин). А на зерно? Нет, на зерно мы можем менять только гидроэлектроэнергию, лес или клюкву. Причем при обмене капиталом выгодно менять сырье (возобновляемое, конечно) на трудоемкие в изготовлении машины.

А что же мы можем просто продавать? Только те потребительские товары, которые нельзя использовать в производстве. А если под видом потребительских товаров кто-то попытается вывозить сырье? Это придется контролировать так же, как американцы контролировали использование своих "стратегических" товаров в соцстранах, хотя и по другим причинам. Они как-то раз запретили продажу за рубеж каких-то электронных игрушек, потому что в них была микросхема, однотипная с применявшейся в каком-то оружии.

Так и у нас, если окажется, что что-то из проданного где-то используется в промышленности, то экспорт такого товара прекращается и производится расследование.

Забавно, но примерно аналогичный подход (запрет на вывоз сырья, или, точнее, на вывоз сырья под видом потребительских товаров) действовал и раньше, хотя он и не был документально зафиксирован.

Помню такую байку 70-х годов: японцы покупали у нас минеральную воду. По пути бутылки выбрасывали в море, ящики разбивали и дощечки из твердого дерева использовали в мебельной промышленности. Когда это вскрылось, ящики заменили на пластмассовые, и японцы покупать воду перестали. Интересно здесь то, что ящики заменили, то есть применили сходный принцип.

Схема внешней торговли будет такова: вырученные от продажи наших товаров валютные средства используются на закупку импорта. Импорт на торгах раскупают наши оптовики. Они же и формируют заказ на закупку импорта за рубежом, а закупки за границей производятся по тендеру (по конкурсу) - это важно, иначе неизбежна коррупция, как в советские времена. Кто и как продает за границей наши товары, чтобы не было нам ущерба? Есть варианты, но... это уже детали, все это решаемо, было бы желание. Эти экспортно-импортные торги идут и у нас в стране: для экспорта также закупают товар у нашего производителя. Надо ли подчеркивать, что никакого "экспортного" исполнения внутри страны не должно быть - доступность всех товаров для всех граждан и для Торговой палаты должна быть одинакова. Кто делает высококачественный товар, получает за него не валюту, а много-много рублей, гораздо больше, чем те, кто делает средний. И за эти рубли сможет купить и импорт, если захочет.

Аналогично решается вопрос с путевками - сколько валюты выручили от продажи буржуям путевок в Россию, на столько купили путевок на Канары. Обычно простых новых русских пугают, что при изоляции не будет туризма с чемоданом долларов. С чемоданом - не будет. Но вот припоминаю, что при устройстве на работу в "фирму" особо предупреждают, что отпуск - две недели, через пару лет - уже три, но уходить надолго - Дурной тон. Если человека нет на рабочем месте месяц, и фирма не развалилась, значит, он не нужен. Поэтому Разъезжать по заграницам нормальный человек в принципе часто и много не может, а кто может - те жулики и нечего о них беспокоиться.

Надо ли в такой обстановке запрещать хождение доллара или его вывоз из страны? А зачем? Откуда он, доллар, возьмется-то у нас в стране при разумной политике? Экспортированные средства производства возвращаются средствами производства, товары - товарами.

Зачем была нужна валюта в СССР? На нее можно было купить то, что на рубли было нельзя. Такая организация торговли являлась преступлением, хотя и выросла из вынужденных и оправданных в свое время Торгсинов. Подоплека этого преступления проста: верхний класс того времени, имея (номинально) небольшие денежные доходы, реально получал потребительских товаров на гораздо большие суммы. Если бы цены на товары в "Березках" формировались рыночным путем или на основе точного расчета спроса-предложения, как в 30-е годы, эта проблема была бы снята. Но тогда "верхнему классу", для поддержания своего жизненного уровня, пришлось бы назначать оклады в несколько раз большие! То есть ценность валюты в наших глазах на самом деле "вообразительна". Если бы импортом потребительских товаров у нас в СССР занимался совет из фарцовщиков, и он бы и устанавливал цены на импорт - не было бы никаких проблем с "дефицитным импортом". Только надо, чтобы в таких советах участвовали все фарцовщики, а не некоторые, особо отобранные начальством из своих отпрысков, как сейчас.

Если кто из сторонников советского образа жизни оскорблен моими словами про фарцовщиков, то извините - а внешней торговлей у нас в СССР ясноглазые идеалисты занимались? Да это тот же слой. Они, начиная с эпохи Хрущева, монополизировали внешнюю торговлю в интересах своего класса - да они, кстати, сейчас и правят, в первой-второй производных.

Ну вот почему у нас в стране джинсы не производились? Трудно было запланировать их выпуск? Ведь у тех, кто решения принимал, дети и внуки ходили в джинсах, что ж они, не знали, что молодежи нравится? Это тянулось десятками лет, еще в начале 80-х писали, что фарцовщики из своих прибылей могли перед Госпланом памятник бронзовый поставить, в виде джинсов с пятиэтажный дом.

Да все просто: те, кто правил тогда, организовали для себя, для своего класса монополию на джинсы, и все. Ведь именно этот класс был "выездной".

Поэтому организация внешней торговли - дело, требующее максимальной открытости, а не "коммерческой тайны". Кстати, фирменные джинсы у нас делались, и неплохие, но только на экспорт.

В общем, я не хочу сказать, что знаю все. Но, на мой взгляд, без этих мер мы не решим проблем, накопившихся в нашей экономике со времен Хрущева.

Что же касается запрета на владение долларами, то давайте разберемся. Откуда в банках в нашей стране появляется сейчас валюта, в наличной и безналичной формах? Либо это какая-то производная от иностранных кредитов, и с этим надо разбираться, либо выручка от продажи сырья. Вообще говоря, нынешний владелец валюты волен распоряжаться ей как хочет - ведь ему разрешили продавать наши ресурсы как свои собственные? Это же не преступление? Значит, выручка, за вычетом налогов, его. Хозяин - барин. Если же кто-то купил валюту за рубли в обменнике, то ведь это не было запрещено. То есть, перед тем. как требовать от владельцев валюты, чтобы они не использовали ее так, как они хотят (а запрет на вывоз - именно такое требование), надо подробно это обосновать. Говоря конкретно, надо признать, что продажа сырья за доллары, а также последующая продажа этих долларов населению - преступление или ошибка, требующие исправления. Надо признать, что простая продажа долларов, полученных в кредит - мошенничество. А без этих признаний (с наказанием виновных) все громкие крики о контроле за вывозом валюты - словоблудие, Да еще и беззаконное.

Что же касается той валюты, что имеется у нас в стране на руках, то я просто не понимаю тех, кто обещает привлечь их в экономику. "Сдайте добровольно доллары, и мы ими заплатим долги Лондонскому клубу!" На кого эти призывы рассчитаны?

Да и, начистоту, не верю я, что у нас в стране ходит сейчас сорок миллиардов долларов. Ведь при выезде из страны пассажиров никто никогда не проверял, на каждом самолете в Европу улетал не один миллион все годы "реформ". Миллиарда два-три осталось, не больше, так что не стоит овчинка выделки.

А то, что переведено за границу - нам придется забыть. Конечно, правоохранительные органы, при удаче, вернут миллион-другой, но Запад - и немцы, и американцы - недвусмысленно дают понять, что денег не вернут. В отличие от поляков, любого бандита представят нам в лучшем виде, в наручниках, но и только. Вывезенных им денег - ни цента.

Так что - "все уже украдено до нас". Надо сырье охранять, а доллары, полученные от его продажи, уже не поймать. "Зубами не удержал - губами разве удержишь?"


О ценности жидких мозгов

Чем песня хуже, тем она длинней.
Закон шоу-бизнеса Вашпера

Да! А как в будущем, после принятия Первой Поправки, наша любимая Лада Дэнс купит себе свой любимый "джип"? Двумя путями: ей надо либо спеть что-то такое,от чего американцы протащатся и заплатят много долларов (это вряд ли, сами понимаете), либо собрать выручку с российских поклонников и купить "джип" у нас в стране в магазине, купившем его на аукционе Торговой палаты. Конечно, проблема в том, что у нас со всей страны конкурентоспособного товару может на один "джип" не хватить... Но уж на что заработаем. Мы ведь все равно собирались достичь конкурентоспособности? Раз путем открытости не получилось, придется по-другому.

И запрещать талантливому певцу или писателю пользоваться долларовыми гонорарами просто несправедливо, в конце концов. В небольших размерах вывоз наличных можно и разрешать, хотя почти ни в одной стране это не приветствуется. Возможны и денежные переводы в разных видах, денежные ссуды, вклады через банковские структуры.

Мы говорили о сырье, оборудовании. Но есть такой вид капитала - текучий, легко перемещаемый - который легко вывозить. Это образовательный капитал, знания и квалификация. Дело не в каком-то особом уме наших ученых, скрипачей, хоккеистов и врачей - но на них было затрачено неимоверное количество ресурсов: труд преподавателей, в опосредованной форме - в виде учебного оборудования, зданий, научных школ - труд многих предшествовавших поколений. И все это хранится в мозгах и мышцах наших пока еще ценных специалистов. Правда, действительно ценные, увлеченные своим делом не уедут, если у них будут условия для работы - история показывает, что такая ситуация в нашей стране возможна. Но уровень жизни "там" всегда будет выше, чем у нас, и "колбасный мотив" всегда будет действовать пусть не на лучших, но на хорошо выученных.

Со времен Хрущева у нас был принят совершенно надежный способ отучения интеллигенции от практической экономики - это разного рода "бесплатные", гарантируемые Конституцией, но на самом деле очень дорогие вещи. В результате по всему миру сейчас за гроши наслаждаются игрой наших ужасно Дорогих в обучении музыкантов и т. д.

В брежневские времена была сделана попытка брать с эмигрантов плату за высшее образование - но визг интеллигенции и давление Запада уже тогда заставляли правительство отступать. Это, кстати, фраза Косыгина: "с интеллигенции - как с поросенка - визгу много, а шерсти мало". Да и, по сути, ошибка была сделана ранее, и исправлять ее было уже поздно - раз сразу уговора не было - значит образование бесплатное.

Нормальным-то образом дорогое образование получают так: после первого курса, когда студент уже более-менее знает, что его ждет, он берет целевой кредит в государственном банке высшего образования (или в частном) и платит из него за обучение. В США, например, для студента-медика размер кредита таков, что, став врачом, ему приходится выплачивать его лет пятнадцать.

После этого нет проблем со слишком инфантильными личностями, которые до старости прыгают из ВУЗа в ВУЗ, проще было бы нам и с утечкой мозгов - верни кредит и катись колбасой, попутный лом тебе в спину. Невозвращение кредита во всех странах - одна из форм кражи, и таких не укрывают. Если такие "утекшие мозги" там позарез нужны, им, в принципе, дадут денег для уплаты кредита, для нас это все-таки лучше, чем ничего. Вот сейчас американцы вывозят у нас физиков, хотя они им, возможно, и не так уж нужны. Тем не менее и такса определена - 30 тыс. подъемных и 50 тыс. в год. Явно без американского правительства здесь не обошлось, хотя устраиваются они все по частным фирмам.

Ну так и получало бы и наше государство хоть сколько-нибудь, разве плохо было бы?

По такому случаю кредит на образование можно номинировать и в золоте, хотя лишний канал конвертации, по моему мнению, зло.

Поэтому нужна и Третья Поправка, содержащая положение, что "Гражданин России не ограничен в правах человека, в том числе и на эмиграцию, после урегулирования имущественных претензий". А можно и не принимать такой поправки, все и так укладывается в закон. Но еще раз - те, кто уже получили высшее образование - задним числом не могут быть принуждены к его оплате. Единственное - такие эмигранты не должны будут рассчитывать на особо теплое к себе отношение со стороны государства в будущем, если что случится.

А вообще говоря - течет только жидкое. Такой же принцип может быть и в здравоохранении - платное, но в кредит. Попользовался и уезжаешь - верни. А то у нас советское здравоохранение все ругали, но иностранные студенты и другие приезжие пытались успеть вылечить у нас все, что можно. Но это же нам денег стоит!



Но можно и помучиться

Однако, предположим, мы не будем заниматься экзотикой, а национализируем сырьевой экспорт "с целью укрепления национальной валюты", водку тоже национализируем, а остальное все оставим, как есть. Конечно, рано или поздно продажа ресурсов всякими ...скими все равно будет прекращена, так или иначе, и ситуация вернется в состояние, когда государство будет владеть всеми валютообразующими отраслями.

Так вот представим ситуацию, что валюта есть только в Центробанке, и только там можно будет поменять рубли на доллары. Что будет происходить в экономике страны? Произойдет ли улучшение?

Будет происходить следующее. Те, кто сформировал какой угодно капитал, будет кровно заинтересован в конвертации его в валюту, вывозе из страны и вложении в мировую экономику. Нынешняя система Запада не требует, чтобы вы на свои капиталы построили целый завод: вам достаточно хотя бы ненадолго и хотя бы в небольшом объеме "вбросить" свои деньги в кровеносную систему Запада. Любой владелец капитала будет жизненно заинтересован "прокрутить" его в мировой экономике, а не в нашей. Прибыль в любом случае будет больше, чем в нашей стране.

Попробую чуть подробнее.

Пусть мы имеем две параллельных экономических системы, в каждой из которых расходуются ресурсы, трудятся люди, в результате чего создается новая стоимость. Если экономические системы работают по одним и тем же законам, то рост новой стоимости относительно затраченных ресурсов и затрат труда будет один и тот же.

Поэтому даже если в каждой из систем своя денежная система, все равно процент рентабельности будет одинаков (мы считаем, что денежная политика в обеих системах одинаковая).

Но если в одной из систем часть ресурсов и труда тратятся впустую (на военные расходы, на выплату внешних долгов или, как в нашем случае, на обогрев производства и жилья), то вновь созданная стоимость в такой системе будет пропорционально меньше по отношению к использованным трудовым и иным ресурсам.

Поэтому, если затраты на преобразование валюты одной системы в другую не очень велики, всегда выгоднее поменять "заработанные" рубли в доллары и вложить их за границей. И пока государство из последних сил обменивает всем желающим российские рубли на доллары, до тех пор эти обмененные доллары стараются вывезти из страны.

Поэтому на финансовых границах более слабой экономической системы должна стоять прочная плотина, сдерживающая напор капитала в разных формах, рвущегося наружу.

Предположим, неким правительством "половинчатых реформаторов" обмен рублей на доллары будет разрешен, а вывоз долларов будет запрещен. Но тогда зачем их менять?

Короче говоря, не так важно, каков будет в будущем курс доллара. Но ни один банк у нас в стране не будет иметь права производить операции с долларами, а Центробанк не обязан будет продавать кому бы то ни было доллары и иную валюту за рубли.

Нет, от течи капитала надо избавляться. И постоянно за отсутствием течи следить. Нудно? Трудно? А вы знаете, моряки относятся к подобным проблемам спокойно. Не допускают - и только поэтому плавают... извините, извините - ходят.



Кредиты

Даром - за амбаром!
Н. Фоменко

Поговорим об иностранных кредитах. Как вы помните, весь разговор начался у нас с иностранных инвестиций, и еще в начале книги говорилось, что лишь злонамеренные фальсификаторы путают иностранные инвестиции и иностранные кредиты. Инвестиции в нашу экономику, вообще говоря, невозможны - она не даст той прибыли, как экономики других стран мира. Но кредиты мы взять можем - ведь за их прибыльность для кредитора отвечает страна в целом. Так какова же должна быть кредитная политика нашего будущего правительства Восточной Европы и Северной Азии?

Давать кредиты западные страны на самом деле любят, хотя порой кажется, что их приходится уламывать. Но банкиры давно отработали простую схему: в слаборазвитую страну вбрасывается кредит, он разворовывается... и спустя короткое время эти средства уже лежат на счетах местных правителей... в тех же банках, которые давали кредит. Фактически, эти правители получают только "откат" от мошеннической комбинации, а банки ничего не теряют. Чем продажней и некомпетентней местная элита, тем лучше. В свое времени для такой прокрутки 15 млрд. долларов через Нигерию хватило одного года. Деньги исчезли, долг же висит по сю пору, и для оплаты процентов уже работают нигерийцы, которые в момент выдачи кредита еще не родились.

Для лучшего понимания действительно правильной кредитной политики я приведу обширную цитату из статьи Ю.И. Мухина, редактора газеты "Дуэль", известного публициста, пишущего на исторические, экономические и политические темы. Немаловажно, что, имея техническое образование и опыт инженерной деятельности, ему пришлось поработать и практическим экономистом, осуществляя внутреннюю и внешнюю торговлю продукцией крупнейшего советского ферросплавного комбината. Его подбор исторических примеров для аргументации своих взглядов можно без преувеличения считать образцовым. Итак:

"... Сегодня, если посмотреть TV и почитать желтую прессу, то создается впечатление, что нет ничего желаннее для режимов СНГ, чем западный кредит. Мысль ухватить на халяву деньги становится главной для мерзавцев в правительствах, и отходят на задний план абсолютно все составляющие элементы кредитной политики: когда кредит берется и зачем; под какие условия; что он представляет собой в экономическом плане; когда и чем он выгоден и кому выгоден.

Это интересные вопросы, и я хотел бы их рассмотреть на примере кредита, который брало наше государство в 1939 г. у фашистской Германии. В момент перестройки про этот кредит "забыли" и стали вспоминать только последовавшие за ним торговые соглашения с Германией, причем так, как будто Гитлер обманул Сталина, и тот накануне войны по дурости снабжал Германию стратегическим сырьем. Правда, сегодня, когда уже довольно многим стало понятно, что сотворили со страной подонки-демократы, о Сталине стараются вспоминать реже: не вспоминают уже и о торговле между СССР и Германией накануне войны. Давайте вспомним об этом кредите и об основах кредитования вообще...

...Кредит - долг, и с экономической точки зрения он целесообразен только в крайне вынужденных обстоятельствах, поскольку возвращать его надо с процентами. Такие обстоятельства возникают только тогда, когда резко и срочно не хватает той продукции, что производит страна, когда немедленно нужно к рабочим рукам собственных рабочих подключить рабочие руки рабочих из других стран. А это случается только во время подготовки к войне, во время войны и после войны, особенно когда часть своих рабочих находится в армии и когда часть их уже погибла... Кредит - это задействование в своей экономике рабочих рук из других стран".

Надо ли что-то в этой цитате пояснять? Разве что в деталях: я думаю, что ПОСЛЕ войны такой срочности нет, если нет угрозы новой. Острая нужда в кредитах возникает ПЕРЕД войной. Но общая идея понятна: кредит придется отдавать, причем с процентами. То есть для возврата кредита все равно придется продавать какую-то часть народного достояния ("берешь на время, а отдаешь навсегда"), и, если уж без этого нельзя обойтись, лучше сначала продать, потом на эти деньги уже и покупать - не будет дополнительного расхода национального достояния на оплату процентов. Другое дело, если нужно СЕЙЧАС, а через три года уже будет поздно. Тогда можно влезть и в долги: если погибнешь - отдавать не надо, если выстоишь - то сможешь и отдать за счет врага.

И мне кажется излишне мягким выражение, что такие "составляющие кредита", как "зачем он берется" и т. д. просто "отходят на задний план". Они, конечно, не "отходят", а искусственно, жульнически отодвигаются. Ведь зачем в послевоенной истории брались кредиты? Они позволяли решить личные проблемы людей, которые находились в это время у власти. В самом лучшем случае такой проблемой было прикрытие провалов в экономике и повышение личного рейтинга в глазах общественности; отдавать же кредиты и проценты по ним придется народу, и отдуваться за связанное с этим падение жизненного Уровня придется совсем другим правителям и чиновникам, уже в третьем тысячелетии. В российский же период эти кредиты просто разворовывались, потому что использовались они через частные банки, и не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, по какому принципу подбирались банки для операций с этими средствами.

Мы уже говорили, что в истории России ситуация с внешними кредитами не нова - у нас уже был случай, когда российское правительство набрало долгов, в основном во Франции и Англии, и именно эти займы в значительной степени отягчили финансовую ситуацию в начале века, что во многом и привело к революциям 1905 и 1917 гг. Стоит ли упоминать, что найти следы тех займов вскоре после их получения было уже невозможно, и что попытки возвращения займов и процентов по ним производятся и сейчас. Вдумайтесь: займы брало антинародное (по мнению большинства народа в начале века) правительство, это правительство было свергнуто народом; заимодавцы вооруженным путем пытались уничтожить революционный режим и вернуть назад антинародное правительство; и, тем не менее, Запад не оставил попыток все-таки истребовать долги от последующих правительств, ни в коей мере не ответственных за преступления царского.

Это же обязательно произойдет и сейчас. Все будущие российские правительства будут находиться под дамокловым мечом; с них будут требовать расплатиться за долги 1991-1999 годов, видимо, столетиями.

Продолжу цитирование:

"...Других случаев взятия долгосрочных кредитов нет, а если их все же берут, то тех, кто их берет, надо расстреливать, поскольку они разбазаривают на проценты достояние страны и ее народа".

Действительно, приводимые Ю.И. Мухиным обстоятельства получения кредита у Германии совершенно убийственны для руководителей 80-х - 90-х годов:

"...Когда немцы 15 августа 1939 г. обратились к СССР с предложением заключить пакт о ненападении, т. е. заключить договор, который Гитлер уже имел и с Англией, и с Францией, (и с Польшей - А.П.) глава советского правительства В.М. Молотов ответил:

"...Если, однако, теперь германское правительство делает поворот от старой политики в сторону серьезного улучшения политических отношений с СССР, то Советское правительство может только приветствовать такой поворот и готово, со своей стороны, перестроить свою политику в духе ее серьезного улучшения в отношении Германии...

...Правительство СССР считает, что первым шагом к такому улучшению отношений между СССР и Германией могло бы быть заключение торгово-кредитного соглашения".

Обратите внимание - участие Советского Союза в европейской войне пока не предполагается, а Германия ее вот-вот начнет. Это Германии, посылающей своих рабочих в армию, срочно требуется кредит - участие рабочих рук других стран... И было бы логично, если бы Германия просила у СССР кредит, а не наоборот. А здесь Молотов даже не просит, не унижается, не называет Гитлера "другом Адиком", он просто требует выдать кредит СССР, он требует, чтобы немецкие рабочие поучаствовали в укреплении обороноспособности СССР, он прямо указывает, что без этого "первого шага" он вторым заниматься не будет.

Через два дня немцы кредит СССР предоставляют.

Финансирование кредита произвел die Deutsche Golddiskontbank (Германский Золотой Учетный Банк "ДЕГО"). Сумма - 200 млн. германских марок, который выдавался СССР в течение 2-х лет, (120 млн. в первый год) сроком на 7 лет под 5% годовых. К этому кредитному соглашению тоже был "конфиденциальный протокол", по которому германское правительство за счет немецких налогоплательщиков обязалось возвращать СССР 0,5% годовых, уплаченных нами "ДЕГО", т. е. этот кредит фактически был дан под 4,5%.

На что кредит был направлен? В соглашении говорится конкретно: "...исключительно поставки для инвестиционных целей, т. е. преимущественно: устройство фабрик и заводов, установки, оборудование, машины и станки всякого рода, аппаратостроение, оборудование для нефтяной промышленности, оборудование для химической промышленности, изделия электротехнической промышленности, суда, средства передвижения и транспорта, измерительные приборы, оборудование лабораторий. .. Сюда относятся также обычные запасные части для этих поставок. Далее сюда включаются договоры о технической помощи и о пуске в ход установок, поскольку эти договоры заключены в связи с заказами, выдаваемыми на основании настоящего соглашения..."

Интересно, что заказы производило советское торгпредство бесконтрольно. "ДЕГО" (и это оговаривалось соглашением) не имел права требовать от германских фирм-поставщиков никакой ответственности за этот кредит, то есть при общей инвестиционной направленности он не был "связанным" - германское правительство не могло нам "впарить" что-то по своему усмотрению.

"Если бы перед войной СССР сумел взять кредит у своих предполагаемых союзников по будущей войне - у Англии или США, - то и это уже было бы подвигом. Но взять перед войной кредит у совершенно очевидного противника - это невероятно!"

Вот так. Неудивительно, что никто из ныне живущих виновников финансовой катастрофы 80-х - 90-х годов не заинтересован, чтобы кто-то вспомнил о том, как раньше брали кредиты. Такой кредит, да еще взятый в тех условиях, да еще использованный только на инвестиции, а не на "консультантов" - не только оправдан. Это свидетельство высочайшего профессионального уровня государственных руководителей того времени. Приведу опять-таки слова Ю.И. Мухина: "кредит это использование рабочих рук в других странах в помощь собственным рабочим и берется он только в жизненно важных случаях".

К слову, в истории нашего государства бывали чрезвычайно критические периоды. Так, в 1927 году сложилось тяжелейшее положение с хлебными заготовками. В стране случился неурожай - собрали на 10 млн. тонн меньше, чем в предыдущем году, а главное, товарный хлеб был у кулаков - середняки еле были способны себя прокормить. А зажиточные крестьяне не торопились сдавать зерно, резонно полагая, что к весне - хочешь не хочешь - правительство поднимет закупочные цены. Выход был потом найден, не об этом сейчас речь, но интересно, что предложения со стороны Запада о предоставлении связанных кредитов (то есть целевых, специально на закупку зерна) наши отвергли, а вот предложения о кредитах на оборудование для индустриализации рассматривали всерьез.

Удивительно - ведь на базе хлебного кризиса оживились и оппозиционеры в партии, и бывшие хозяева заводов и шахт начали передавать весточки старым специалистам, продолжавшим на этих предприятиях управлять, и даже зашел разговор об интервенции в Россию силами Польши и прибалтийских стран при поддержке Запада. В обывательской среде того времени бытовало мнение, что большевики накануне краха.

Почему же в этих условиях, под угрозой падения советской власти, большевики не соглашались на кредит для закупки зерна, а соглашались на кредит для закупки промышленного оборудования? Кстати, это не описка - не вымаливали кредит, а соглашались рассмотреть предложения Запада о предоставлении нам кредита. Так вот по этой самой причине:

хлеб съел и забыл, а долг остался. Но если взял в кредит, построил завод и сделал на заводе пушку со снарядами, то забыл уже не о съеденном хлебе, а об угрозе интервенции, а это более важно. То есть и тогда большевики думали о перспективе, как бы ни было трудно, что делает им честь.

Из вышесказанного понятно, что такое "жизненно важные случаи". Это, в общем, понимают и демократы. Поэтому они и пытаются представить ситуацию в те годы, когда они пришли к власти, как критическую, сходную с предвоенной. В этой связи интересно прочитать описание обстановки 1991 года в своего рода "политическом завещании" демократического движения - "Президентском послании" 1999 года. Там утверждается, что экономика терпела тогда крах, и приводится душераздирающая деталь - на рейдах наших портов стояли иностранные суда с грузом зерна, но не было валюты оплатить разгрузку!

Да, интересная ситуация. К этому можно добавить, что урожай 1990 года в России был рекорден - он составил 120 млн. тонн зерна против 60 млн. тонн в 1997 году и примерно 47 млн. тонн в 1998 году. Что это были за "суда с грузом зерна" в 1991 году? Действительно, у исследователей этого периода - и историков, и, на первых порах, юристов, будет много работы.

Надо уточнить, почему кредит - это использование рабочих рук именно в других странах. Ведь аргументируется необходимость взятия кредита тем, что "надо платить зарплаты", то есть, вроде бы, оплачиваются как раз свои рабочие руки. Но это не так. Пожалуй, предельный случай оглупления нашего населения - это аргументация необходимости взятия кредитов тем, что "эти деньги учтены в бюджете" и что "надо платить пенсии и пособия"! Видимо, слова "валютный кредит" действительно превращают уши у слышащих их в ослиные. Как будто у нас кому-то заплатили пенсию долларами!

Назначение иностранной валюты - заплатить в конечном итоге за иностранный товар. По самой сути доллара, взяв его в руки, мы как бы выписываем наряд на работу для западного производителя, даем работу для рук рабочего из западного мира.

Мы сейчас убиваем свою промышленность, но нам все равно придется за эти кредиты что-то отдавать, и больше, чем мы отдали бы сейчас.

Самое же смешное то, что даже в западных учебниках по экономике, например, "Экономикс" того же Стенли Фишера, черным по белому описываются проблемы Бразилии, Аргентины, Югославии, которые в 70-х - 80-х годах набрали в долг огромные суммы, а "теперь жалуются на то, что бремя внешнего долга исключает для них любую реальную перспективу социально-экономического прогресса". А у нас еще ругают "мальчиков в розовых штанишках", что они все делали по западным книжкам. Зря ругают, в чтении западных книжек они неповинны. Там учат совсем другому.

Итак, гипотетическое разумное правительство Восточной Европы и Северной Азии будет брать кредиты только при угрозе войны и только на закупку оружия и развитие военного производства. Все разглагольствования на тему: "возьмем кредит, построим завод и завалим весь мир конкурентоспособной продукцией" - будут рассматриваться как приуготовление к государственной измене. Если эти предложения исходят от населения, правительство должно карать по закону, если от правительства - население должно немедленно восстать и сместить его.

Самым разумным было бы внести соответствующую Поправку в Конституцию: "Правительство имеет право взять иностранный кредит только при угрозе войны или во время войны, с целью использовать его только для нужд обороны". Соответствующая статья о нарушении этого конституционного принципа должна содержаться и в Уголовном Кодексе, в разделе "Преступления против народа".

Интересно, что в то же самое время, в конце 30-х годов, мы не только брали, но и давали кредиты. Например, почти одновременно с немецким кредитом нам, мы предоставили Китаю (с марта 1938 по июль 1939 года) кредитов на сумму 250 млн. долларов. В счет этих кредитов в Китай было поставлено более тысячи самолетов, 1400 артиллерийских орудий, 14 000 пулеметов, горючее и т.д. - все это для войны против японской агрессии.

Впоследствии китайцы честно вернули нам все долги 1938-1939 годов до копеечки, хотя это были долги Чан Кайши. Возвращали и редкими металлами, и полотенцами, хотя жили в 50-е годы не так чтобы богато. А почему китайские коммунисты признали долги гоминдановцев, с которыми они сами воевали? А потому что это был долг на святое дело, на защиту Родины.

Лишь такой долг - долг чести, его не стыдно брать и нельзя не вернуть.



В защиту ножек Буша

Опять приведу обширную цитату из Ю.И. Мухина: "...Сейчас поют дифирамбы международной торговле, и можно даже сказать, кто заказывает эти дифирамбы - международное банковское сообщество, оно на ней наживается. Но вообще-то, идеальный случай экономики страны это автаркия, когда страна производит сама все, что потребляет. Идеальный потому, что только в этом случае она ни от кого не зависит, а это значит, что никто не в состоянии заставить эту страну продать продукты труда своих граждан дешевле, чем их цена. Если страна зависит от международной торговли, то тогда ограбить любую страну достаточно просто...

...Главный принцип государственной внешней торговли (торговли, защищающей граждан своей страны от разорения) - никогда не покупать за границей то, что производится в достаточном количестве в своей стране. Того, кто закупает, к примеру, куриные окорочка в США в условиях, когда свои птицефабрики остановлены, нужно пустить на корм отечественным курам. Это единственный путь получить хоть какой-то толк от подобных экономистов.

...за рубежом покупается только то, чего сам сделать не можешь, или пока не можешь, и только то, что крайне необходимо...".

Вот тут я чуть-чуть поспорю, хотя и рискую угодить в кормушку. Еще один довод в пользу международной торговли - более сложен, и связан с анализом сравнительных, а не абсолютных издержек. В свете этого довода положения о вреде "ножек Буша" не будут казаться очевидными.

Я подозреваю, что лишь первый исследователь какого-либо вопроса хорошо о нем пишет. А. Смита и Д. Рикардо, по-моему, никто не превзошел, хотя их и критиковали последователи-политэкономы. Изъяны в их трудах есть, но достичь их уровня нелегко.

Так, вопрос о выгодности международной торговли рассмотрен Давидом Рикардо двести лет назад, и он блестяще показал, что может быть выгодна торговля даже между странами, в которых уровень издержек сильно различается. Рассмотрел он гипотетическую ситуацию, когда существуют лишь две страны, производящие лишь два вида продукции - вино и сукно. Предположим, что в первой стране, потратив единицу ресурсов, можно произвести либо одну единицу сукна, либо две единицы вина. А во второй стране - наоборот, на единицу ресурсов можно произвести две единицы сукна, либо одну единицу вина. Предположим также (это необходимое условие), что внутри этих стран можно ресурсы перераспределять с производства одной продукции на производство другой.

Что же получается? Получается, что первой стране выгодно отвезти одну единицу вина (издержки на нее - пол-единицы ресурсов) во вторую страну, поменять на две единицы сукна и привезти обратно. В реэультате в первой стране на две эти штуки сукна надо было бы потратить две единицы ресурсов, а обошлись пол-единицей! Полторы единицы ресурсов экономии!

А второй стране общественно выгодно вывозить свое сукно в первую страну в обмен на вино.

В схеме, конечно, не учитываются транспортные и прочие издержки на торговлю, но это другой вопрос.

В конце концов, в первой стране все ресурсы будут переброшены на производство вина, а во второй - на производство сукна, и обеим странам обмен будет выгоден.

Но эта схема обладает еще некоторыми особенностями. Представим себе такую ситуацию: что во второй стране издержки очень высоки например, две единицы сукна, или одна единица вина производятся за счет десяти единиц ресурсов. Но соотношение издержек такое же, как в основном варианте схемы Рикардо, то есть сукно вдвое выгоднее вина. Оказывается, что и в этом случае схема Рикардо работает - все равно второй стране выгоднее производить то, что у нее лучше получается - сукно, и менять его на вино в первой стране, а не пытаться производить его самому. Независимо от абсолютного расхода ресурсов!

Но не обо всем Рикардо и его толкователи говорят.

Во-первых, обратите внимание - схема жизнеспособна, только если производственные ресурсы без проблем переадресуются из отрасли в отрасль. Если же ресурсы овцеводства в первой стране нельзя использовать в виноделии, то в результате наплыва дешевого сукна из второй страны овцеводы в первой просто вымрут за компанию со своими овцами.

Во-вторых, если ресурсы могут перемещаться не только внутри страны, но и между странами, то при разнице издержек ресурсы переместятся туда, где издержки ниже. И менее экономичная страна останется на бобах! То есть в части капитала обе страны замкнуты, продукцией они обмениваются, а капитал не выпускают.

В-третьих, оказывается, что для торговли по Рикардо вовсе не необходимо, чтобы денежные системы в обеих странах были хоть как-то совместимы. Это совершенно не нужно! Меняются товары, и можно вообще обойтись без денег, или временно воспользоваться теми деньгами, которые ходят в стране, в которой осуществляется обмен.

Конечно, надо учитывать, что Рикардо писал свой труд в период острого экономического соперничества Англии с Испанией. Испания тогда проигрывала, и пыталась защититься, закрывая свою экономику от мирового рынка того времени. Труды Рикардо и других английских экономистов служили для идеологического обеспечения наступления английского сукна, которое было возможно, только если Испания откроет внутренний рынок. В конце концов Испания проиграла - идальго хотели носить хорошие и дешевые камзолы, а испанские короли не смогли в свое время защитить ни свою экономику, ни собственные районы производства сукна во Фландрии. Если вы читали "Тиля Уленшпигеля", то, может быть, вспомните, что англичане помогали гезам - фламандским сепаратистам. А почему Испании не удалось продержаться на своем вине и американском золоте - отдельный вопрос.

Возвратимся к схеме Рикардо. Она не объясняет, потому что не для того предназначена, некоторые странные явления, возникающие при международной торговле в условиях конвертации валюты. Один из таких парадоксов - сравнительно небольшой по объему дешевый импорт может подорвать собственное производство гораздо большего объема. Действительно, у нас при объеме импорта всего на 200-300 долл. в год на человека - собственное производство упало на несколько тысяч долларов. Но это отдельный вопрос.

А теперь иллюстрация возможного применения схемы Рикардо в нашей практике. Изложу хороший пример на основе информации, приведенной губернатором Краснодарского края Кондратенко. Оказывается, у нас на производство вагона сливочного масла расходуется примерно 25 вагонов зерна. В странах с более мягким климатом - меньше, ну, к примеру, 12. Это объясняется тем, что и расход кормов при пониженной температуре выше, и наши породы молочных коров менее продуктивны, так как выводились они по критерию устойчивости к нашим условиям, в том числе к длительному стойловому периоду. Вывести породу, обладающую сразу несколькими положительными качествами, селекционерам сложно,

Что же получается? Получается, что, собрав 25 вагонов зерна, гораздо выгоднее поменять их на два вагона новозеландского масла, чем, изнуряя себя и коров, получить от них один вагон своего (предположим, один вагон зерна уйдет в оплату за транспортировку). Такова схема, но, конечно, для принятия реального решения надо считать затраты с точностью до килограмма. Тем не менее, вполне возможно, что в единой экономической системе нашей страны какая-то внешняя торговля будет выгодна и нам самим!

Конечно, начинать подсчеты и расчеты можно только в том случае, если ресурсы, используемые у нас для производства масла, можно переадресовать на производство зерна. Если же нет, то производители масла должны продолжать его производить, а импортное не должно продаваться у нас в стране по более низкой цене, чем наше.

Ну и в заключение главы - речь в защиту ножек Буша.

Опять оговорюсь: все числовые данные в книге - довольно приблизительны. Все современные оценки малодостоверны, потому что состояние государственной статистики у нас далеко от идеального, и все серьезные решения будут правильными только после ее воссоздания.

Общим местом в речах публицистов всех цветов спектра являются жалобы по поводу судьбы отечественного Птицепрома. Что и говорить, система была создана в СССР внушительная, а сейчас она полностью развалена.

Но есть у нашего Птицепрома одна особенность. В конце советских времен отечественным квочкам не хватало отечественного же зерна, и его докупали в Америке. Надо сказать, что вся история с куриным кормом пахнет не лучше птицефабрики - на импорте кормового зерна делались большие деньги, не закупались кормовые добавки, что приводило к непроизводительному расходу кормов и т. д.

Так вот в цене курятины основную часть составляют затраты на корм - существенно выше половины всех затрат. И если окажется, что у нас расход зерна на откорм бройлеров выше, чем в Америке (вполне возможно, что это так), то вместо импорта зерна для Птицепрома надо, конечно, закупать курятину. Я прекрасно понимаю, что, продавая нам отходы (а куриные ножки в Америке - отходы, сами американцы грудки едят), американцы наживаются. Но животный белок нужен, и если выбор между зерном и ножками, брать надо ножки. Наших кур надо выращивать только на нашем корме, ни в коем случае не на покупном.

Конечно, и тут надо внимательно смотреть, чем можно занять освободившиеся ресурсы, особенно людей, и устанавливать цены на импортную курятину так, чтобы она не подрывала свое производство.

Но общий принцип понятен - если уж продаем, то только те товары, в которых наименьшая доля стоимости определяется затратами на борьбу с неблагоприятными условиями. А покупать надо, наоборот, то, что мы можем сделать лишь с чрезвычайно большими издержками.



А можем ли мы подогнать внешнюю торговлю под себя?

Итак, у международной торговли (международного разделения труда) один крупный недостаток: стоит втянуться в нее, и можешь потерять независимость. А если теряешь независимость, то итог один тебя начинают грабить, а также всячески унижать. Поэтому лучше всего все производить самому.

Вывод в целом логичный. Но в мировой практике есть и исключения! Можно привести массу примеров, когда страны приходили к богатству и могуществу именно за счет международной торговли, и даже не всегда за счет торговли с политически зависимыми странами. Да, Англия создала империю из зависимых стран и при торговле с ними активно использовала "ножницы цен", завышая цены на свою продукцию и занижая на продукцию "партнеров", а, чтобы не подпускать к кормушке конкурентов, использовалась военная и особенно военно-морская сила. Но были и есть страны, усилившиеся, не будучи военными гегемонами. Это, кстати, и было той морковкой, которая приманила нашу "элиту" в мировой рынок. США ведь сначала стали мировой державой, завалив мир своими товарами, а уж потом закрепили положение "большой дубинкой".

Таким образом, международная торговля - это явно обоюдоострое оружие. Включившись в нее, можно попасть в тяжелейшую ситуацию, а можно и преуспеть - и для иллюстрации обоих исходов есть тьма примеров. Конечно, наша пропаганда 80-х - 90- х годов приводила примеры только благополучного исхода.

Надо сказать, что при всей рекламе выгод международной торговли американцы относятся к ней трезво. Сейчас им свободная торговля выгодна - они пользуются дешевыми товарами, производимыми во всем мире. Так, они считают, что им выгоднее ездить на дешевых и хороших азиатских автомобилях даже ценой удушения американской автомобильной промышленности. Но это не значит, что там не контролируют ситуацию.

В то же самое время в концепции национальной безопасности, написанной одним из бывших министров обороны США Гарольдом Брауном, указывается, что принципы свободного мирового рынка должны применяться лишь до тех пор, пока это выгодно Америке. Весьма разумно. Трудно перечислить все способы, которыми в США ограничивается "свобода мирового рынка" - это и так называемое "антидемпинговое законодательство", и игра с пошлинами и тарифами. Если надо - значит надо. Самый комичный способ - когда США "просят" другие страны "добровольно ограничить свой экспорт в США", ввести "добровольные квоты", как недавно было сделано по отношению к российскому экспорту стали. Как говорится, добровольно - и с песнями. Надо сказать, на эти "просьбы" всегда с готовностью откликаются. В противном случае просто запретят экспорт целиком, а тут хоть четверть оставят.

В США сейчас почти не скрывают, что действия администрации в государственном масштабе, приведшие к краху ОПЕК и удешевлению нефти, отрицательно повлияли на добычу нефти в США и привели, в частности, к краху в свое время также и техасских нефтяных магнатов, столь живописно показанных в сериалах "Даллас" и "Династия". Но такая цена оправдана высшими государственными интересами - расходуется иностранная нефть, а месторождения в США - целехоньки. В любой войне США будут обеспечены горючим, а Россия, например, не имеет сейчас ни нефти Баку, ни башкирской (она уже в значительной степени исчерпана), а до тюменской еще надо добираться. Пара-тройка бомб по перекачивающим станциям на пятитысячекилометровой трассе - и "запрягайте, хлопцы, коней".

Даже объединенная арабская держава, если таковая и воссоздастся в 21-м веке, получит уже порядком поистраченные шейхами запасы. И это результат целенаправленной американской политики! Когда-то она гласила: "что хорошо для Дженерал Моторс, то хорошо для Америки", а теперь: "мало ли что хорошо для Говарда Ханта (техасский нефтяной магнат), а вот хорошо ли это для Америки?" Конечно, такая политика не далась правящим кругам США легко, и, возможно, Кеннеди пал жертвой именно этого конфликта.

То есть свободная торговля - не "священная корова", которую нельзя трогать. Ее трогают, и еще как. Но, конечно, торговля - тоже борьба, и нам никто не позволит "нарушать свободу торговли" удобным для нас образом, даже если мы будем ссылаться на похожие нарушения, сделанные другими. Власть над рынком не у нас...

Когда в Индии настоящая священная корова уплетает зелень с лотка торговца в присутствии людей, торговец только принужденно улыбается, а без зрителей корова и сама не подойдет - она знает, что не при посторонних продавец отвесит ей хорошего пинка. И мы, если будем находиться в системе "свободного рынка", вряд ли сможем его ограничивать, нам трудно будет укрыться от внимательных глаз других заинтересованных лиц. Нам не дадут пнуть "священную корову"!

Подытожу - мировая торговля не всегда вредна для страны, но мы будем вынуждены играть по установленным не нами правилам, сами мы на них повлиять не сможем.



Как мы жили при автаркии

Как известно, мы уже жили в автаркии, но тогда это называлось "блокада". После 1917 года и вплоть до 1928 года с нами старались не торговать. Инициатива в этом похвальном деле была за Западом.

Запад создал тогда в СССР автаркию автоматически - блокировав СССР от внешнего мира.

Считается, что Сталин был сторонником максимальной закрытостиT страны от внешнего мира. Отчасти это так, он часто упоминал о необходимости опоры на собственные силы. Но считал ли он, что внешняя торговля нецелесообразна всегда?

После революции у нас почти не было товаров для экспорта.

За жизненно необходимый импорт платить приходилось золотом тогда его роль в международной финансовой системе была гораздо выше, чем сейчас.

Приходилось покупать паровозы и суда для их перевозки в Россию - эта эпопея воспроизводилась в мемуарах академика Крылова, даже фильмы об этом снимались. Швеции, например, за паровозы заплатили 125 тонн золота.

На Западе к тому же всячески выпендривались - отказывались принимать советские золотые червонцы с изображением сеятеля. Мы не гордые, стали чеканить царские червонцы, с портретом Николая II история просто комическая. Именно поэтому большинство таких монет, продаваемых ныне в ювелирных комиссионных магазинах - новоделы 20-х годов.

К 30-м годам положение стабилизировалось, в СССР появились кое-какие, в основном сырьевые, товары, но различного рода ограничения на торговлю с нами продолжали существовать. Кстати, за признание СССР Америкой американскому представителю была выплачена взятка десятью шедеврами живописи из Эрмитажа. Так что нельзя сказать, что наше руководство того времени не было заинтересовано во внешней торговле. (Кстати, потом, после благоприятного для нас решения Конгресса, на этого представителя "стукнули", и ему пришлось сдать картины в Национальную галерею, так что взятка получилась от СССР Америке, а не продажному чиновнику.)

Как же при Сталине старались торговать с Западом? Между прочим, мы производили уже и кое-какие машины, и другие, довольно сложные и трудоемкие изделия. Но вот что мы старались продавать и что покупать?

Для уяснения принципов внешней торговли, которых тогда придерживались, интересно посмотреть на содержание торгового соглашения с немцами в 1939 году.

Опять цитата из Ю.И. Мухина:

"...сегодня, похоже, масса граждан просто не догадывается, на что еще можно потратить кредит, кроме тампаксов, сникерсов и куриных окорочков....

Итак, "список отдельных видов оборудования, подлежащих поставке германскими фирмами":

Токарные станки для обточки колесных полускатов. Специальные машины для железных дорог. Тяжелые карусельные станки диаметром от 2500 мм. Токарные станки с высотою центров 455 мм и выше, строгальные станки шириной строгания в 2000 мм и выше, кромкострогальные станки, расточные станки с диаметром сверления свыше 100 мм, шлифовальные станки весом свыше 10 тыс. кг, расточные станки с диаметром шпинделя от 155 мм, токарно-лобовые станки с диаметром планшайбы от 1500 мм, протяжные станки весом от 5000 кг, долбежные станки с ходом от 300 мм, станки глубокого сверления с диаметром сверления свыше 100 мм, большие радиально-сверлильные станки с диаметром шпинделя свыше 80 мм.

Прутковые автоматы с диаметром прутка свыше 60 мм. Полуавтоматы. Многорезцовые станки. Многошпиндельные автоматы с диаметром прутка свыше 60 мм. Зуборезные станки для шестерен диаметром свыше 1500 мм. Большие гидравлические прессы, фрикционные прессы, кривошипные прессы, разрывные машины, окантовочные прессы, ковочные молоты свыше 5 т.

Машинное оборудование: вальцы, ножницы, гибочные машины, машины для плетения проволоки, отрезные станки и др. (167,0)".

И т. д., и т. п.

"Что следует добавить к этому списку: в подавляющем числе закупаемых товаров стоимость собственно сырья (железа, меди, алюминия и т.д.) - мизерно. Основная стоимость - это труд инженеров, техников и рабочих, причем, очень высококвалифицированных. Подавляющее число товаров несерийное и делается исключительно на заказ... В СССР в то время отсутствовали возможности его изготовления.

Практически все - либо то, из чего делается оружие, либо то, на чем делается оружие, либо просто оружие.

А теперь о том, что должен был поставить в Германию Советский Союз в течение 2-х лет (в скобках стоимость в млн. марок):

Кормовые хлеба (22,00); жмыхи (8,40); льняное масло (0,60); лес (74,00); платина (2,00); марганцевая руда (3,80); бензин (2,10); газойль (2,10); смазочные масла (5,30); бензол (1,00); парафин (0.65); пакля (3,75); турбоотходы (1,25); хлопок-сырец (12,30); хлопковые отходы (2,50); тряпье для прядения (0,70); лен (1,35); конский волос (1,70); обработанный конский волос (0,30); пиролюзит (1,50); фосфаты (половина в концентратах) (13,00); асбест (1,00); химические и фармацевтические продукты и лекарственные травы (1,60); смолы (0,70); рыбий пузырь (Hausenblasen) (0,12); пух и перо (2,48); щетина (3,60); сырая пушнина (5,60); шкуры для пушно-меховых изделий (3,10); меха (0,90); тополевое и осиновое дерево для производства спичек (1,50). Итого на 180,00 млн. марок.

Что бросается в глаза сразу - СССР поставлял сырье в издевательски первоначальном его виде. Исключая нефтепродукты и масла, ничто не прошло даже первого передела. Что из земли выкопали или что с курицы упало, перед тем как курицу ощипав, отправить в суп, то и отправили немцам. Ни одной пары немецких рабочих рук немцам не сэкономили.

Вот, скажем, марганец. В то время в СССР два завода (Запорожский и Зестафонский) перерабатывали марганцевую руду в ферромарганец, причем в количествах больших, чем это требовалось черной металлургии СССР. Поскольку именно в это время Берия создал такие запасы ферросплавов (и ферромарганца в том числе), что когда с началом войны Запорожский завод эвакуировали в Новокузнецк, Зестафонский - в Актюбинск, а Никопольский марганец попал в руки немцев, производство стали в СССР не прекратилось. Пока на новых местах заводы отстраивались, а в Казахстане строились марганцевые рудники, металлургия СССР работала на стратегических запасах, созданных под руководством Берия.

Казалось бы, СССР мог поставить немцам не марганцевую руду и пиролюзит (богатую руду), а ферромарганец, ведь он дороже. Но нет, дали немцам самим задействовать рабочих и электроэнергию, самим выплавлять ферромарганец.

Второе. Для поставки этих товаров не требуется квалифицированная рабочая сила. Более того, и даже неквалифицированная рабочая сила не всегда отвлекается от работы на СССР. Скажем, более трети поставок - лес. А его в те годы заготавливали зимой крестьяне, которые не имели в этот сезон вообще никакой работы.

Третье. Свойство сырья в отличие от машин и механизмов в том, что цена труда в сырье, в хорошую рыночную конъюнктуру военного времени, существенно меньше рыночной цены сырья. Скажем, добыть марганцевую руду стоит рубль, а ее цена 10 руб. Рубль - твой труд, а 9 руб. - подарок от Бога этой стране. То есть, ситуация с этим договором такова: немцам для того, чтобы поставить в СССР товаров на 1000 марок требовалось, допустим, 5 высококвалифицированных рабочих, а Советскому Союзу ~ один и то - неквалифицированный.

В дальнейшем были заключены с Германией еще торговые договора, и в них наши коммерсанты еще более, скажем так, осмелели. Немцам поставлялась под видом железной руды, руда с таким низким содержанием железа, которую сами мы пустить в доменные печи не могли. Немцы вынуждены были ее обогащать. (Они пытались поскандалить по этому поводу, но Сталин их укротил.)

Уместен вопрос - но ведь немцы из этого сырья делали оружие, которое использовали против нас? Конечно, делали. Но, во-первых, мы гораздо больше делали оружия на поставленном немцами оборудовании, во-вторых, часть нашего же сырья немцы, переработав, пускали на выполнение заказов нам,в-третьих, своими заказами мы мешали им делать оружие для себя. А, что касается сырья, то сырье они получили бы и без СССР, через союзников.

...Кредитное и торговое соглашение с Германией дало СССР возможность провести подготовку к войне с немцами руками самих немцев".

Здесь я закончу цитату из статьи Ю.И. Мухина "Кредит". Действительно, вот образец профессионализма государственного деятеля: взять у будущего противника кредит, купить у него на этот кредит образцы вооружения и станки для военных заводов, а то, на что кредита не хватило, оплатить рыбьим пузырем и куриными перьями.

Конечно, с тех пор кое-что изменилось - продажа минерального сырья сейчас не такое выгодное дело. Но в остальном - обратите внимание - торговля с немцами (точнее, обмен капиталом) осуществлялась максимально разумно. Им - сырье, как можно менее обработанное, от них - максимально сложное оборудование (тоже капитал). Почему? Война на носу. Нельзя пытаться максимально использовать собственный труд, надо привлекать в страну чужой, высококвалифицированный, платя даже невозобновляемыми капиталами. Тактические соображения блестяще реконструированы Мухиным - отобрать у немцев квалифицированные кадры, заставив их выполнять советские заказы. Этот пример ясно показывает, что советское руководство того времени умело выбирать экономически самые обоснованные решения, не знаю уж, интуитивно или как.

Вот поэтому автаркия - не "мать порядка". Если мы можем избежать шантажа и принуждения при международной торговле, то торговать нам зачастую выгодно. Но товаров для торговли у нас на самом деле раз в десять меньше, чем мы думаем. Предел нашего экспорта - 10 млрд. долларов ежегодно, и то еще много.



Парадокс Леонтьева

Итак, все понятно. Если продукция уникальна, можно продавать по монопольно высокой цене - тогда можем ею торговать. Если не уникальна - то даже при продаже сырья, когда нам легче конкурировать, мы все равно несем убытки. Суть правильной внешней торговли вроде бы очевидна - торгуем только готовой продукцией, в которой максимально используется труд нашего населения, а торговлю производственным капиталом прекращаем.

Но получится ли так?

Проблема в том, что в процессе производства готовой продукции часть стоимости капитала переходит в эту продукцию. Если из выручки этот убыток капитала не возмещать, не откладывать в фонд возмещения капитала, то возникает чуть ли не главный канал утечки капитала. Можно эксплуатировать какой-нибудь станок в течение нормативного срока эксплуатации, и если за этот срок на новый станок не накоплены средства из выручки, то старый как бы утечет вместе со своей продукцией.

А именно на фонде возмещения производственного капитала ("фонде амортизации") и легче всего экономить! "Новый русский", приобретя завод, вынужден оплачивать сырье и энергию, а также, хоть и с большим скрипом, но вынужден платить зарплату рабочим, и свое потребление, естественно, ограничивать не намерен. А фонд амортизации голоса не имеет, хлеба не просит! И если "нового русского" не заставлять, завод израсходуется. Это и происходит.

Еще неприятный вариант - когда фонд амортизации из выручки создается... но за границей!

Если оставить в стороне юридические и прочие силовые аспекты управления экономикой, то можно сказать, что идеальная экономика должна выпускать за рубеж минимум стоимости производственного капитала, минимум невозобновляемого сырья и других ресурсов. Максимальную долю в стоимости готовой продукции должны составлять возобновляемые ресурсы, в первую очередь труд нынешнего поколения. Пусть оборудование и прочий производственный капитал представляют собой тоже овеществленный труд, хотя и предшествующих поколений, но раз они, эти поколения, сами не продали свой труд за границу, то и нам не положено! Мы должны этот овеществленный труд только подновлять.

Утопия, да? Как же такого добиться даже в централизованной экономике?

Знаете, я и сам думал до написания этой книги, что многое в мире делается стихийно. Есть законы рынка, и его субъекты им подчиняются. Дальше все происходит автоматически. "Невидимая рука рынка", яти его мать!

Но уже при сравнении уровней издержек в странах Запада и "третьего мира" выявляется, что не все делается по законам низшего уровня. Просматривается и какое-то управление. Производственный капитал должен бы утекать из Запада в "третий мир", как из России, ан нет. Вытекает, но с разбором.

Но совершенно неубиенный довод в пользу существования нерыночной системы управления в странах Запада нашел неоднократно упоминавшийся "русский американец" Василий Леонтьев. Себя он считал американцем, но что-то он "шибко умная была", по-моему.

В свое время он построил единственно верную модель экономики, посчитав, сколько продукции каждой отрасли используется при производстве в других отраслях. Это совсем отдельная история, но по ходу дела Леонтьев, исследуя реальные экономики стран мира, наткнулся на странное явление. Оказалось, что в структуре стоимости американского экспорта превалирует... стоимость труда!

Придумать такое невозможно, ни одному экономисту такое в голову не приходило. Американское производство - самое капиталоемкое из экономик мира. В собственно американской продукции доля стоимости израсходованного капитала очень велика. А экспортируется голый труд! Вот-те раз.

Это открытие получило название "парадокса Леонтьева". А вот подумаешь - так оно и оказывается. Вот, например, важная статья экспорта США - видеопродукция. Фильм "Титаник" принес американцам неплохой куш, хотя и обошелся недешево. Но какова структура затрат на этот фильм? Израсходован ли какой-нибудь дорогой производственный капитал или невосполнимые ресурсы?

Нет. Только труд - режиссера, актеров, декораторов, инженеров, каскадеров, программистов.

Во всем фильме только эпизоды с подводными съемками потребовали расхода редкого и дорогого ресурса - специального судна "Витязь" и подводных аппаратов "Мир". Естественно, русских.

А импортируют американцы в основном как раз капитал, что выяснил тот же Леонтьев.

Вот вам и утопия.



Три фермера

Представьте себе, что рядом живут три фермера. Они специализируются на картофеле и используют одинаковую технологию обработки земли. Из-за разницы в качестве земли первый всегда получает 300 центнеров с гектара, второй 150 центнеров, а третий 100 центнеров. А расходуют они в принципе всего одинаково: и посадочного материала, и удобрений, и труда, и солярки.

То есть, получается, что у первого фермера затраты на каждый килограмм ориентировочно вдвое меньше, чем у второго, и в три раза меньше, чем у третьего. Соответственно, первый всегда получит прибыли больше, чем второй и тем более третий. Но еще неприятней для второго и третьего то, что первый может продавать по очень низкой цене. Если второй и третий будут продавать по такой же, то они разорятся. А если будут запрашивать свою цену, хотя бы чтобы затраты окупились, то никто у них не возьмет.

Но эта ситуация возникает, если все три фермера торгуют на одном и том же рынке. Немного изменим ситуацию. Представьте себе, что торговать картошкой можно на двух рынках, расположенных: один около первого фермера, другой - около третьего. Причем цены на рынках и сами рынки друг с другом не связаны. Предположим также, что первый и третий фермеры продают картошку всегда на своих рынках. А вот куда со своей картошкой поедет второй?

Вы уже догадались, что на первом рынке, рядом с первым фермером, второму фермеру делать нечего. Он там не только свою цену не получит, а, скорее всего, разорится - фермеры нигде не роскошествуют, и первый не заинтересован высоко цену задирать, чтобы и второму хорошо было.

А вот рядом с третьим фермером второй чувствует себя королем, и может смотреть на него сверху вниз. Уж на другом-то рынке второй свою цену возьмет! Если третий фермер его туда пустит.

А теперь немного уточним ситуацию. Первый фермер - германский, второй - польский или прибалтийский, третий - российский. Урожайность картошки в их странах именно такая.

Первый рынок - западноевропейский, другой - наш, российский.

Теперь понятно, почему ни полякам, ни прибалтам в Западной Европе делать нечего? Они там со своей сельхозпродукцией вылетят в трубу. По всем видам Западная Европа продуктивнее, чем наши соседи, и свободная игра рыночных сил быстро расставила все по местам. Представляете - даже в благодатных Чехии и Венгрии (черешня там поспевает в мае) УСЛОВИЯ для сельского хозяйства, по западноевропейским понятиям, не идеальны. И фрукты там не так вкусны, и сезон короток, и высокотехнологичные в обработке и хранении, но нежные сорта плодов и ягод там не растут.

К осени 1998 г. польский частник оказался в глубокой дупе из-за дешевых германских продуктов. Они сейчас бузят там, бастуют, тракторами дороги перегораживают, а ведь не поможет. Польские фермеры протестуют против наводнения польского рынка более дешевыми западноевропейскими, в основном германскими, продуктами, в частности, картофелем. Они лишились сбыта! А опустить цены польские крестьяне не могут - это для них медленная смерть. Несколько лет они потрепыхались, так как наше правительство обеспечивало полякам рынок, но торговля шла на доллары... а доллары у России возьми, да и кончись.

Примерно та же ситуация в Латвии. Сколько было рассказов о культурных хуторах, где у "Каждой фермы - рампа, на которую выставляются фляги с молоком, и по отличной асфальтированной дороге каждое утро к ферме приезжает грузовик... не то, что в темной, некультурной России, где шоссейки нет и к многотысячному селу. Кстати, из космоса граница между Прибалтикой и Россией хорошо видна - на ней заканчиваются дороги с твердым покрытием, построенные после войны.

Прибалты грозились завалить Европу молочными продуктами, стоит им лишь отделиться от России. На чем их боевитость зиждилась? Да на плохой памяти. За годы советской власти как-то забылась дореволюционная поговорка о бедном человеке: "у него, как у латыша - х... да душа". Именно таково было благосостояние прибалтийских народов раньше, и именно к этому состоянию дела идут сейчас.

Те семейные фермы-хутора, которыми нас так запугали националы в конце 80-х, сейчас перешли на натуральное хозяйство. Одна-две коровы, только для себя. Производить что-то на продажу - себе дороже, на солярку больше уйдет. Сельское хозяйство развалилось. А чего тут удивительного? Это для нас в Прибалтике зима мягкая, а по западноевропейским понятиям там великоват стойловый период, повышенный расход кормов, велика децентрализация, хуже кормовая база. Нерентабельно! И свой же брат прибалт голосует конвертируемым латом за голландское масло. Вот и кончилась мечта. На какие шиши теперь асфальтировать шикарные автострады, построенные в советские времена? Если только НАТО на военную инфраструктуру подбросит. Конечно, некоторое время их Европа пофинансирует...

Но вот сейчас транзит через Прибалтику кончится - и все, аллес капут. Чем они на жизнь заработают? Проституцией у ворот американских баз? Но проститутки ценятся, пока молоды, а потом все равно работать придется. А где работать, что производить? В рамках российского и советского рынков их продукция была ой как конкурентоспособна, а вот в рамках мирового - извините. И не надо быть особым прозорливцем, чтобы догадаться, что доллары они заработать не смогут, а вот рубли - запросто. И вернутся, голубчики, туда, откуда с таким скандалом вылетели - в изолированный от мирового рынка российский рынок, со всеми его прелестями. Не хочется? А придется. Их, может быть, эта перспектива не радует, но с законами экономики не поспоришь. Меня, кстати, их будущее возвращение радует еще меньше.

Может Эстония залить Северо-Западную Россию сметаной? Может, и даже запросто - в Прибалтике всегда рентабельность молочного хозяйства была выше, чем в России, особенно когда СССР фуражное зерно подкупал. А Германию? Да Господь с вами. Нужна там эстонская сметана.

Причем все вышеперечисленное касается не только Центральной Европы. Да, в Абхазии растут мандарины. Да, их там много, Грузия могла бы обеспечивать всю Россию. Но, сунувшись со своими цитрусовыми на мировой рынок, грузины уйдут оттуда несолоно хлебавши. Не тот у них мандарин, чтобы с марокканским и испанским соревноваться. Он в Грузии на трифолиуме привит, а это не лучший подвой. И сорта не те, и затрат больше, и восстанавливать плантации часто приходится, потому что для некоторых культур и Закавказье - зона рискованного земледелия.

А где сбывались, скажем, финские товары? Я думаю, об этом легко догадаться. Не в Западной Европе.

Я не испытываю предубеждения к болгарским сигаретам. На мой взгляд, рак легких от болгарского табака ничем не хуже, чем от американского. Но положа руку на сердце - какие шансы у "Болгартабака" в конкурентной борьбе против "Филип-Морриса"? Если конкурировать в долларовой зоне? А пока рубль конвертируется - мы все в зоне доллара.

Причина одна - в Европе условия для сельского хозяйства ухудшаются с Запада на Восток, и оно становится менее рентабельным. Вот сейчас и восточноевропейский фермер узнал, что это такое.

Правда, не могу не пояснить: на самом деле никто в мире не торгует продовольствием. Торгуют продовольственными излишками, а это не одно и то же!


Легко ли быть лимитрофом

Если вы помогли другу в беде, он наверняка вспомнит о вас, когда снова окажется в беде.

Правило Чейтса

Современный мировой рынок состоит из двух определенных категорий - одни страны дешево производят, другие с чувством и толком потребляют. Восточная Европа с большим удовольствием присоединилась бы ко второй категории (как и Россия, впрочем), но не может оказаться даже в первой.

Те же факторы, что и в России, влияют и на их рентабельность промышленного производства, хотя и несколько слабее. Но в конкурентной борьбе имеют значение излишние траты даже в размере нескольких процентов.

Так что некоторые трудности в экономике наших западных соседей не случайны, это не временный кризис. Процесс на этом не остановится. Пока - лишь пока - наши западные соседи живут во многом за счет транзита, приграничной торговли, реэкспорта, причем главным действующим лицом в этих операциях является Россия. Так, почти все бананы в Россию почему-то попадают из Финляндии, поэтому они в Питере дешевле всего. Но покупательная способность России падает...

То, что наши соседи пока что имеют процент от реэкспорта нефтепродуктов и цветных металлов - во многом результат коррупции российских чиновников и, так сказать, несовершенства механизма разграбления нашей страны. В принципе, наши экспортеры платят ближайшим соседям совершенно излишний процент, и вполне могли бы на пути к конечному потребителю обойтись без посредников. Даже если "пореформенная" экономическая система не будет сломана, а лишь усовершенствована, то роль посредников будет в конце концов сведена к нулю.

Аналогично, то, что основной торговой базой для наших "челноков" была Турция - результат временного стечения обстоятельств. Дело в том, что частная внешняя торговля - это, конечно, для нашей страны - зло. Но торговля в форме "челночничества" - зло в квадрате. Импорт мелкими партиями приводит к дополнительному разорению страны. А "челноку" чисто технически было неудобно ехать куда-то дальше Турции, а в Европу через Польшу - противно и опасно. Впрочем, естественный процесс вытеснения мелкого "челнока" оптовыми импортерами почти завершился к 17-му августа, и, если бы не кризис, в будущем импорт шел бы крупным оптом, и не обязательно через Турцию.

Ситуация фактического валютного банкротства нашей страны сильно сократила эту внешнеэкономическую деятельность. Даже если экспорт цветных металлов и нефти из России не будет национализирован, его объемы все равно сокращаются. Будущее у экономики "лимитрофов" (так в период между мировыми войнами называли пограничные с Россией страны) незавидное, В 20-е - 30-е годы из Прибалтики эмигрировала значительная часть населения, и это было неспроста. У эстонцев была своя пословица: "колыбель эстонцев - Эстония, а могила - весь мир". Нечем им было в Эстонии жить! А сейчас подобная ситуация снова воспроизводится.

Таким образом, положение наших западных соседей - весьма своеобразно. По сравнению с экономиками стран Западной Европы и Южной Азии их экономики неконкурентоспособны, и входить с ними в одно рыночное пространство, "мировое" - для них самоубийственно. Зато в одном рыночном пространстве с Россией производства в этих странах могут и процветать. Если российские предприятия будут работать хорошо, то и предприятиям стран - бывших членов СЭВ - будет хорошо также, ведь они находятся в более благоприятных условиях, у них есть экономическая фора - меньшая потребность, чем у российских, в энергии. Проблема у них лишь в одном - чтобы они хотели продавать на нашем рынке, необходимо, чтобы им можно было что-то на этом рынке и купить. Это и сырье, и полный набор товаров, по современным понятиям, необходимых для жизни. Вот в этом проблема! Прошлый раз при жизни СЭВ - так не получилось. Наши братья-славяне и прочие угрофинны очень обиделись на темную варварскую азиатскую державу, что она их всячески угнетает. Подоплека была, конечно, не в угнетении, а в меньшем разнообразии в витринах. У западных соседей витрины были богаче!

Сейчас витрины на центральных улицах у "братьев-славян" - как надо, а вот производство где стоит, а где и лежит пластом. Через некоторое время настанет момент, когда жизнь напомнит: человек не только потребитель, но в первую голову работник, и чтобы потреблять, надо что-то производить и продавать, а их производство никому в мире не нужно. Кроме России и Монголии, и то на определенных условиях.

В апреле 1999 года мне пришлось побывать на совещании торговых представителей и торгово-экономических атташе стран - бывших членов СССР и СЭВ. Собрал их Н.И. Рыжков, под эгидой Координационного Совета товаропроизводителей Союза России и Республики Беларусь - организации, призванной проталкивать экономическое сотрудничество по парламентской линии. Цель встречи - попытаться создать Международный Союз товаропроизводителей. Не все приглашенные пришли, и активность пришедших была невелика. Проблема, видимо, в том, что хотя экономики всех этих стран не в лучшем состоянии, о причинах кризиса в этих странах пока не подозревают. А пора бы! Уже нельзя валить все на "русский менталитет" - у этих, "новых членов НАТО", менталитеты свои, ого-го, какие менталитеты! А развал экономики - точно такой же. Когда же они начнут соображать?

Но не стоит недооценивать их способность видеть наши проблемы: представитель Кубы, например, поднял вопрос о статистике, об информации. Говорит, мы готовы заплатить, только скажите, кто у вас, где и что производит! Рыжков согласился, что это сейчас никому и в России не известно.

Еще бы. Руководство Госкомстата в тюрьме сидит, непонятно за что (главного-то фигуранта сразу выпустили), а ныне существующие производители заинтересованы, главным образом, как бы утаить сам факт, что они что-то производят. Иначе налоговые службы шкуру спустят.

То совещание ничем не кончилось, но вопрос не отпал и не отпадет. Улучшение в экономике наших соседей само собой не наступит. И это серьезным гражданам центрально-европейских стран уже ясно.



Шашлык по-бжезински

Бжезинскому приписывается идея создания своего рода "санитарной зоны" из бывших республик СССР ("НГ" 5.06.99) на западных границах России. Правда, я не нашел ее изложения в популярной книге "Великая шахматная доска", но, зная его, в это легко поверить. Предполагалось, что страны, преграждающие при поддержке всего Запада путь России в Европу, будут в перспективе в хозяйственном отношении изолированы и независимы от России. С севера эту группу стран будет протыкать, как шампур, газопровод из Норвегии, с юга - нефтепровод из Средней Азии через Турцию.

Бжезинский распоряжается судьбами народов, как фигурами на шахматной доске, но насколько его идеи реализуемы? Если и есть ошибки в подобных книгах, то это ошибки кардинальные и где-нибудь на первых страницах.

Так, Бжезинский говорит о том, как удержать лидерство США в мире. Но вот вопрос: а как США это лидерство получили? Ведь если тот фактор, который вознес Америку на вершину мира, перестанет действовать, то к чему вся "геостратегия" чугунного Збигнева?

Бжезинский часто упоминает о том, что Америка процветает благодаря наиболее талантливым людям, приехавшим из-за рубежа (Киссинджер, Бжезинский, Олбрайт...). Коренные американцы пока терпят такие высказывания. Говорит он и о превосходстве американской культуры, "что бы некоторые ни думали о своих эстетических ценностях", как он выражается. К числу преимуществ США, по Бжезинскому, входят и свобода самовыражения, и стиль политических лидеров... пусть так.

Но не является ли главным фактором все-таки то, что к Первой мировой войне ВНП США составлял 33% от мирового, а после Второй даже 50%? А мы-то хоть и победили, но в хозяйственном отношении не слишком отличались от Германии 1945 года, а в чем-то Германии было и полегче. Она пострадала от бомбежек, но ее города не сносились до фундамента, как Сталинград или Воронеж. Вряд ли наш ВНП достигал 5% от мирового, а нам еще и бомбу приходилось делать, и ракеты. До 1961 года американцы над нами летали, как хотели.

После войны, в пику Советскому Союзу, США помогли восстановиться Германии и Японии, потом, в угоду "мировой экономике", позволили промышленному капиталу перебраться во многом в "третий мир". Сейчас доля США в мировом ВНП - лишь 20% и она неуклонно падает. И ВНП этот во многом зациклен на саму Америку, а ведь раньше Америка брала экспортом. С 70-х годов даже уровень жизни в США постоянно снижается. Это не очень заметно из-за падения мировых цен на сырье, но поднял я тут как-то прейскуранты пятнадцатилетней давности на некоторые виды бытовой техники - если модель выпускается и сейчас, то она в долларах вдвое дороже. Процесс этот просто не заметен, так как таких вещей мало, технический прогресс сильно меняет номенклатуру.

Поможет ли геостратегия не самой экономически мощной стране мира? Некоторые из фигур на шахматной доске могут почувствовать себя игроками! А хорошими политиками американцы никогда не были - уж в чем-чем, а в этом их не обвинишь. Талейранов они себе так и не завезли - одни Олбрайт. Считается, что с большой дубинкой каждый может быть хорошим дипломатом. К сожалению, история 20-го века дает американцам слишком соблазнительные уроки - они легко могут повысить удельный вес своего ВНП, не напрягаясь, а лишь развязав войну в Европе или Азии.

Но вернемся к конкретному вопросу - к судьбе тех стран, которым уготовано быть "шашлыком", нанизанным на два трубопровода. А чем они будут платить за эти нефть и газ? Ведь их экономики в составе "глобальной" - неконкурентоспособны! Америка будет их снабжать продуктами и промтоварами? С Украиной - это больше ста миллионов человек!

Можно ли создать "санитарный кордон" из стран с неустойчивой экономикой? Или Запад исключит их из мировой экономики, чтобы они не разорились? А как же принципы?

Возможно, затея эта будет все-таки реализована. Но "зона" эта просуществует лишь до тех пор, пока в России будет правительство, склонное материально поддерживать антирусские и антироссийские режимы в соседних странах. В прошлый раз такой же "санитарный кордон" сожрал Гитлер, в этот раз законы глобальной экономики справятся и без него.



Побег из зоны

Так появится ли в будущем рынок, объединяющий соседей России? Конечно, появится, и объединит он тех, кто не сможет войти в систему мирового рынка, точнее тех, кто уже "сходил в него" и разорился. Но это будет нескоро. Когда? Когда там народ поумнеет, конечно. Прочувствует, так сказать, всей душой.

С нашей стороны проблема в том, что соседи не могут нас вытянуть - сначала мы сами должны на ноги встать. Мы для них можем быть рынком сбыта только в том случае, если наладим у себя производство достаточно разнообразных товаров, не раньше. А иначе зачем у нас что-то сбывать?

Некоторые теоретики у нас не оставляют попыток как-то спроектировать будущее взаимодействие, и выдвигают в этой связи идею золотого рубля, который мог бы стать платежной единицей в расчетах между странами на российском и околороссийском рынке. Стать-то он мог бы, но на какое время? Очень на короткое.

Проблема-то в том, что наш рынок, как показано выше, должен быть отграничен от западного. Только в этом случае на нем будет выгодно что-то продавать. Иначе приедет немец со своей картошкой и с южноазиатскими промтоварами и установит свои, мировые, цены. Как только наш рынок откроется западному, цены упадут, потребитель на некоторое время обрадуется... а производству настанет то, что уже наставало в девяностых годах. Все это мы проходили.

Ведь золото - как раз средство для объединения нашего рынка с мировым, а именно от этого мы должны бежать, как от чумы. Чем хождение золота отличается от конвертирования рубля в доллар? Ничем. Только процедура конвертации чуть-чуть сложнее: сначала меняешь рубль на золото, вывозишь золото, а затем меняешь на доллары. Или в обратном порядке, но это мало вероятно. Набрав золотых рублей, и нашим, и "лимитрофным" производителям будет выгодно что-то покупать уже на западном рынке. Так золотые рубли сразу уплывут на Запад...

Или кто-то считает, что вывоз золота надо запретить? Но какое же это тогда "золотое обеспечение"? Зачем тогда сама возможность обмена на золото? Чтобы в руках подержать? Если рубли можно поменять на золото, но воспользоваться золотом по своему усмотрению нельзя, то это никакой не золотой рубль. Конечно, можно его так назвать в пропагандистских целях, но разрешить его менять на золото, а тем более вывозить - нельзя.

Это все старое, старое заблуждение - что национальная валюта обеспечивается золотым запасом. Золотой запас - это так, на случай войны. Валюта обеспечивается теми товарами, которые на эту валюту можно купить. Как мы можем определить, деньгами или конфетной оберткой является пестрая бумажка у нас в руках? А если на нее можно что-то купить, то это - деньги.

Еще раз: если золотой рубль - товар, то его у нас соседи скупят за товары, вот он и кончится. Если же золотой рубль - средство обращения, то он должен циркулировать в экономической системе, никуда не уходя. Но тогда ему и не обязательно быть золотым!

Да и пустые это мечтания - о золотом рубле. Золота у нас мало, разведанных месторождений без всякого золотого рубля - лет на 15. И добыча его на самом деле нерентабельна, а более-менее рентабельные прииски уже проданы иностранцам (я не преувеличиваю, в этом отношении в Магаданской области черт-те что творится).

Так что планировать взаимодействие надо на базе простого, "деревянного" рубля. Конечно, "лимитрофы" с удовольствием продали бы свою продукцию и за доллары, и за золото, но не смогут. Не из-за качества, подчеркиваю, а из-за высокой себестоимости. Один раз продадут - и издержек не возместят, что уже и произошло.

А вот за "деревянные" они смогут продать?" потому что себестоимость любого производства у нас еще выше. Но продавать они будут только в том случае, если смогут эти "деревянные" реализовать, что-то для себя полезное на них купить. Мы и сырьем кое-каким пока располагаем (в мировом масштабе - мизер, но для Восточной Европы довольно много). А главное, мы можем и производить кое-что, точнее почти все, что в принципе может производить человечество.

Таким образом, "лимитрофам" выгодно торговать с нами, выгодно включаться в наш, российский рынок. А выгодно ли это нам? Выгодно, но при соблюдении определенных условий.

Нельзя допустить подрыва нашего собственного производства, то есть нам нужно от них большее разнообразие продукции, а не дублирование нашей. Мы не можем допустить и серьезную зависимость от их продукции - народ-то уж больно ненадежный.

Нам надо будет смотреть за соседями в оба: как бы они не занялись реэкспортом ликвидных российских товаров. Мы уже договорились, что экспортом занимаемся сами, "помогать" нам не надо.

А еще возникает забавная ситуация - для вхождения в наш рынок нашим "партнерам" придется ввести на экономических границах с Западом тот же режим, что и нам. Им это, конечно, не понравится - еще бы, они ведь "тоже европейцы". Например, когда в начале перестройки на границах Варшавского договора был упрощен пограничный и таможенный контроль, австрийцам, например, стало выгодно ездить на заправку в Венгрию, вывозить бензин. Ведь и маленькая дырочка в плотине смертельно опасна, в конце концов рухнет вся плотина.

Был у нас такой председатель Таможенного комитета - Драганов, так он вполне резонно говорил, что унификация экономик стран, входящих с Россией в таможенный союз, должна быть полной - вплоть до валюты. Это ведь неспроста говорилось, обычно государственные чиновники в чужую епархию не лезут... но на самом деле и экономическое законодательство, и валютная политика - самым прямым образом влияют на таможенную политику.

То есть у наших родных "народных демократов" выбор таков: либо их валюта меняется на "деревянные", либо на доллары. Либо они в западной экономике - тогда они ничего продать никому не смогут, либо в нашей - тогда от западной они должны быть в значительной степени изолированы. В "мировом" рынке они - парии, в нашем - солидные люди, "европа". Но либо то, либо это.

У нас выбора вообще нет - мы свой рынок должны держать замкнутым от западного. Любые послабления при соблюдении режима экономической границы обязательно вызовут утечку капитала из нашего рынка.

Поэтому если наши соседи не будут готовы на тот же режим взаимодействия с внешним миром, который установлен у нас, то мы с ними должны иметь полноценную границу.

Если будут готовы - то границу можно будет частично снять, но... создать такую же западнее.

Под границей я понимаю не только и не столько Джульбарсов с Карацупами, а определенные принципы внешней торговли.



Принципы внешней торговли

Принципов этих два. Во-первых, мы (то есть наш рынок) можем торговать с западным - но при этом не должно происходить утечки капитала. Это непросто: и нашим капиталистам, и нечестным чиновникам выгодно производить торговые операции таким образом, чтобы капитал из страны уходил на Запад. Торговля - очень для этого удобное прикрытие, ведь можно по договоренности с западным партнером покупать по более высокой цене на Западе, а на наш товар отпускную цену занижать. Таким образом, кроме нормальной торговой прибыли возникает еще сверхприбыль (за счет достояния нашей страны). Эта сверхприбыль остается на Западе и делится в какой-то пропорции между участниками сделки. Именно таков самый обычный механизм перетока капитала на Запад - при обычной торговле выявить его в принципе нельзя: "коммерческая тайна", кому какое дело, по какой цене я покупаю и продаю? Действовал этот механизм и в советские времена, и я уверен, что истоки первоначального накопления капитала многих известных ныне богачей - там, в системе советской внешней торговли зерном и нефтью, которой занимались их папы и дяди.

Вот эту систему торговли с Западом на основе тайных сделок надо ломать. Как - идеи есть, была бы воля и общее понимание проблемы, см. выше.

Тут недавно пан Кучма жаловался, что украинские предприятия неконкурентоспособны, потому что Россия продает газ по цене, близкой к мировой, а не по внутренней, впятеро более дешевой (Украина, правда, ни по какой цене не платит, ни по мировой, ни по внутренней, но это детали). Так при разумной политике и полноценной границе газ, как вид капитала, не будет поставляться "в Украину" вообще, ввиду Первой Поправки. Черноморский флот утопите? На здоровье. А потом что?

Или переходите на эти самые принципы, присоединяйтесь к российскому рынку капитала, изолированному от мирового. Тогда - без проблем. В виде компенсации за "ущемленное национальное" забирайте из Москвы патриарший престол вместе с Патриархом, а мы обязуемся говорить "в Украине" и анекдоты рассказывать только по-украински, да так они и смешнее получаются.

Второй принцип базируется на идее, что все купленное на западном рынке должно продаваться на нашем рынке по таким ценам, которые не будут подрывать позиции нашего производителя. Дело в том, что цена товара на рынке соответствует издержкам на его производство. Но если такой товар производится у нас, то в этом случае издержки-то выше! Мы же платим своеобразный дополнительный "налог на климат и расстояния". Чтобы уравнять шансы нашего и иностранного производителя, надо на импортный товар накладывать такой же "налог" - хотя бы в форме точно рассчитанной пошлины. После этого можно торговать на внутреннем рынке импортными товарами по рыночным ценам, образующимся по законам спроса и предложения, или, независимо от валютной цены, назначать такие цены по расчету - в тридцатые годы так умели делать.

Конкретно можно, например, полученное по импорту передавать в оптовые базы, находящиеся под контролем Торговой палаты, а с этой базы партии товара будут на аукционе закупать оптовые торговцы. Что закупать на Западе - тоже будет определять Торговая палата, исходя из того объема валюты, который будет выделен на импорт централизованно. Очевидно, главную скрипку при решении этого вопроса должны играть те же оптовые торговцы - они лучше знают, что надо покупать для нашего рынка, им лучше в Торговой палате и заседать. Тут вам и свобода рынка, и чиновников можно контролировать... Но это будущее.

В любом случае второй принцип гласит: импортная продукция продается у нас в стране по ценам, которые не должны быть ниже средних издержек на производство этой же продукции в нашей стране. При этом в расчет издержек должны включаться не только издержки производства, но и подготовки к нему.

Конечно, это звучит устрашающе, но другого выхода нет - если продавать у нас высокотехнологичную продукцию задешево, у нашего производителя не будет ни единого шанса догнать иностранцев. Конечно, оценить издержки производства процессоров Пентиум-3 нелегко, если у нас и 286-е не выпускаются! Но это на первый взгляд, оценить можно, и помогают как раз принципы рыночного ценообразования, принятые на Западе.

Возникает и такая проблема: при расчете цен надо бы учесть затраты не только на производство, но и на его развертывание, и на разработку изделия, то есть инвестиции! Ведь уже отлаженное производство порой недорого, дороги первоначальные затраты. Какой-нибудь 2-х скоростной лазерный проигрыватель стоит-то сейчас какие-нибудь жалкие 20 долларов, а попробуй у нас его сейчас сделай, без импортных комплектующих!

Ну, тут подход возможен двоякий - если данный товар заслуживает того, чтобы наш производитель научился его делать, то его цену на внутреннем рынке можно и задрать - сверхприбыль от его продажи должна изыматься в инвестиционный фонд на разработку отечественного аналога. Если же заведомо делать его не будем - то достаточно учитывать условные издержки на производство. Тут уже должно решать государство, как какой товар облагать.

Вот на такие принципы наши соседи должны будут согласиться, чтобы включиться в наш рынок. В противном случае - прошу пане, на общих основаниях. В принципе, мы могли бы вести торговлю с соседями и за доллары, не включая их в свой рынок, но какой в этом для нас смысл? Восточноевропейские товары на мировом рынке неконкурентоспособны, и, уж если мы наторговали тем или иным способом долларов, выгоднее купить на них картошку у немца - дешевле обойдется. Соседи-то просят покупать у них не по мировой цене, а чтобы им затраты окупить! Единственной причиной нашего выбора для торговли именно ближнего соседа может быть только его доброе к нам расположение. Если же сосед вместо этого норовит нам в глаз свиснуть, то извините - зачем нам такая благотворительность? Конкурируй себе, где хочешь, "тундра большая", а мы не обязаны финансировать твои проблемы.

Легко это сказать, трудно сделать! Я исхожу в рассуждениях из того, что у нас в стране будет довольно децентрализована торговля (она не должна быть государственной, это коррупция, хватит нам "завмаг-товаровед" - таково мое убеждение), а у торговца будут очень серьезные стимулы для получения сверхприбыли, то есть для ввоза контрабанды и продажи ее по демпинговой цене. Именно нашей стране необходимо, гораздо серьезнее, чем другим странам, поддерживать пограничные и таможенные порядки.

Кстати, знаете, что такое пограничные войска? Всего-навсего "войсковое прикрытие границы между таможенными пунктами", и почти ничего больше. Их задача - исключить перемещение товаров помимо таможен, все остальные задачи в значительной мере экзотика. Тот же Никита Карацупа, задержавший, по-моему, 400 нарушителей - он, думаете, диверсантов ловил? Они попадались, но - единицы. В основном-то эти 400 - контрабандисты и спиртоноши. Я, кстати, давно подозревал, и, прочитав его мемуары, Удостоверился - "на гражданке" Карацупа был продавцом сельпо, а, значит, понимал, кто, что и зачем через границу понесет. Результативность его уникальная не только от храбрости - на вооруженную группу не только он в одиночку ходил. Знаешь личность нарушителя - знаешь и его тактику.

Из функций государства в наших условиях первейшей является поддержание вышеупомянутых принципов общения с внешним миром, защита внутреннего рынка от разрушения. Даже более важной, чем функции сбора налогов или обороны, которые вообще, сами понимаете, тоже важны. Дело в том, что для точного и разумного соблюдения этих принципов нужно не одномоментное напряжение всех сил государства, а постоянное и безостановочное. При каждом ослаблении усилий государства через дыру в экономической границе вытекают невосполнимые ресурсы, плоды труда десятков поколений наших пращуров. Это очень трудно - но посмотрите: разве мало сил прилагал Запад для распространения в мире и соблюдения принципа "свободы внешней торговли", принципа "свободного рынка товаров и капиталов"? Невообразимо много, эти усилия и составляли суть их политики последние столетия. Потому что "свободный рынок" им выгоден. А мы должны бороться - для нас он убийственен. Это трудно делать даже на своей территории - но убедить в необходимости этого соседей - трудно в кубе.

Кстати - в проведении такой политики особенных юридических проблем, как ни странно, нет. Не мы, а Запад придумал понятие "демпинга" - это когда другая страна продает товар по цене ниже себестоимости специально для подрыва нашего национального производства. Ведь по законам истинно свободного рынка никому не возбраняется продать золотой слиток за валенки - хозяин барин! Когда американцы запрещают нашим металлургам продажу стали в США - это чистейшее нарушение законов рынка. Пусть они называют это "демпингом". И запрет "демпинга" - явное нарушение основополагающих законов свободного рынка!

А для нас все мировое - демпинг! Все дешевле себестоимости нашей себестоимости! Мы имеем право и на пошлины, и на кооперативный Внешторг!

Так что порядок воссоздания восточноевропейского рынка будет, в благоприятном случае, таков. Сначала мы (под "мы" пока понимаем, например, Россию и Беларусь) образуем экономический барьер против внешнего мира. Воссоздаем свою экономику. К тому времени соседи созреют. Тогда им можно предложить подключиться к нам, но в этом случае они должны будут изменить свои отношения с мировым рынком и действовать заодно с нами. При этом, если в нашем объединении будет происходить стихийный переток капитала, то, по известным причинам, капитал из российских предприятий будет стремиться на Запад и Юг объединения. Ведь у нас условия много хуже, чем даже в зарубежной Восточной Европе. Этого тоже допускать нельзя. Возможно, с соседями будет несколько менее прозрачная граница, чем между российскими областями.

Если же они этого не хотят, мы можем с ними торговать на общепринятых в мире принципах, но нам это будет невыгодно, и мы можем пойти на это только при политических выгодах.

Вот ведь парадокс! Производить и продавать они могут, только если для них не будут действовать законы мирового (западного) рынка. А психологически они чувствуют себя частью западного мира! Ну что тут поделаешь, диалектическое противоречие. Экономически, как производители, они объективно заинтересованы находиться с нами в одном экономическом пространстве. А психологически, как потребители, тянут на Запад. Нет никакой гарантии, что будущее экономическое межгосударственное образование не будет опять взорвано через несколько десятков лет из-за психологического дискомфорта, когда нынешние беды в экономике будут забыты и сменятся поколения.

Впрочем, до этого еще надо дожить. Вообще-то я пессимист - западные славяне, на мой взгляд, не имеют иммунитета против Запада, и рано или поздно будут онемечены, как когда-то их еще более западные соседи, хотя и более мирно.

Но расширившаяся за их счет германская держава унаследует их экономгеографические проблемы! И их все равно придется решать, причем путем некоторой изоляции от Западной Европы. Неспроста АвстроВенгрия славилась жесткостью своего пограничного режима, дело было не в идеологии. По отношению к более благодатным приморским странам Западной Европы горная Австро-Венгрия была своего рода "маленькой Россией", хотя суровость ее природных условий для нас - курорт.

Все вышеизложенное - не прогноз, не программа. Это тенденции, а как и когда они проявятся - точно не знает никто.



назад содержание продолжение


 А.П.Паршев    Почему Россия не Америка. Часть 5


[Становление]   [Государствоустроение]   [Либеральная Смута]
[Правосознание]   [Возрождение]   [Армия]   [Лица]
[Новости]