No graphic -- scroll down
 И.А. Ильин    Сочувствие и содействие

Всем нам приходится от времени до времени встречаться с русскими людьми, начинающими похваливать советскую жизнь и коммунистические «достижения». Один получил «оттуда» письмо, в котором рассказывается о «новых порядках» и всеобщем «трудовом одушевлении». Другой почитал вестник московской «патриархии» и «убедился» в свободе советской церкви. Третий слышал чей-нибудь «доклад». Четвертому попались две статьи умершего Бердяева. Пятый склонился под влиянием «аргументов» какого-нибудь советского или полусоветского «духовного» лица и т. д.

Все эти люди производят странное впечатление.

  1. Они высказывают свои воззрения особым тоном: не совсем уверенным, не совсем искренним, а как бы «нащупывающим», как если бы они сами себя уговаривали поверить, и вот уже начинали верить и только еще оглядываются: не выходит ли уж очень глупо и уж очень лживо.
  2. При проверке их источников оказывается обычно, что источники пустяшные: кто же «оттуда» пишет правду? Кто же «там» смеет печатать критику или порицание? Доклад обычно оказывается организованным каким-нибудь заведомо двусмысленным обществом. «Духовное» лицо само оказывается соблазнившимся и тайно-соблазняющим. Что же касается «убедительных аргументов», то их религиозная, патриотическая, государственная и логическая несостоятельность с начала и до конца не вызывает никаких сомнений, даже и у самих «поверивших».
  3. Критический момент наступает тогда, когда им задаешь вопрос: «Ну, что же? Значит, все обстоит по-хорошему и вы возвращаетесь?» Тут всегда оказывается, что возвращаться они не очень собираются. Почему? Одни ссылаются на свою «старость». Другие — на то, что их, «пожалуй, не примут». Третьи на то, что «они растеряли там всех родных». Четвертые — явно боятся, потому что сами не верят своей болтовне. Интереснее всех те, которые говорят, что «России можно служить и здесь», причем под «Россией» они разумеют советское государство и правительство.

От всех таких людей остается впечатление, что они боятся, страхуются и врут; и сами знают, что врут. Боятся войны, «вторжения» и «расправы»; и воображают, что могут застраховаться. Одни, поглупее, думают застраховаться заведомо неискренней, сочувственно-хвалебной болтовней. Другие, поумнее, ищут теперь же незаметных способов быть полезными советскому государству («России»). Ведь «сочувствие» необходимо доказать на деле. Красноречие надо подтвердить поступками. Страховку надо закрепить — агентурой. Меньше этого советское «начальство» не разговаривает. Правда, оно не всякого агента щадит, а иного «особенно заслуженного», но слишком много знающего обрекает на исчезновение. Но без услуги нет заслуги; и бесполезные люди им не нужны. Сочувствующий должен содействовать.

В чем? Чем? Он должен прежде всего и обязательно — делиться сведениями и знаниями. Как же без этого? Советское государство ведет напряженную, почти непосильную борьбу за мировую власть; оно окружено врагами; оно ведет борьбу везде: в каждом пункте земного шара оно имеет свои задания и свой интерес; ему надо знать все и везде. Тот, кто следит за шпионскими процессами в Соединенных Штатах, знает, что это значит все и везде: готовится всемирный тоталитаризм, и каждый человек должен решить, согласен он этому «обновлению мира» активно содействовать или нет. Тут нельзя «сочувствовать» — и ничего не делать. И только глупые могут воображать, будто им удастся «назваться груздем», а «в кузов не лезть».

И напрасно робкие простаки и ловкие страхователи пытаются уверить себя, что они сочувствуют «России», «русскому народу», «новой жизни на родине», «бесклассовому обществу», «трудовому одушевлению», «промышленному строительству» или (что фальшивее и ужаснее всего) «православной патриаршей церкви». Все это словесность, лживая приманка, пропагандные «крючки и петли». Дело идет совсем о другом; дело идет о мировом тоталитаризме, который окончательно поработит и изведет русский народ. Дело идет не о «победе России над ее врагами», а о гибели русского народа в борьбе за ненужную ему, бессмысленную и богопротивную власть, власть международных коммунистов над человеческой вселенной.

Все остальное неправда. И сочувствователи должны знать — точно и подлинно, чему именно они сочувствуют. Нельзя сочувствовать и коммунистам и России: кто сочувствует коммунистам, тот предает Россию и русский народ. Кто любит Россию и болеет о своем народе, тот не может становиться покорным и бессовестным агентом «политбюро» или «третьего интернационала». И эта агентура не спасет никого и меньше всего — она спасет его самого: он изведает только последнее унижение, самое горькое из унижений, ибо добровольно принятое; и погибнет в качестве добровольного слуги дьявола, или не-до-угодившего (наподобие Устрялова [1]), или пере-угодившего (наподобие Скоблина). Вот та темная пропасть, в которую толкал русскую эмиграцию умерший ныне Бердяев [2], договорившийся через все свои соблазны — до последнего и худшего.


[1] Устрялов Николай Васильевич (1890 — 1938) — русский историк, публицист, политический деятель, кадет (с 1917). С 1920 г. в эмиграции (Харбин). Один из идеологов сменовеховства — эмигрантского движения интеллигенции за сотрудничество с Советской властью, участник коллективного сборника статей «Смена вех» (Прага, 1921), где впервые были провозглашены теоретические установки этого движения. В 1935 г. вернулся в СССР.

[2] Бердяев Николай Александрович (1874 — 1948) — русский религиозный философ. Взгляды Бердяева в течение жизни эволюционировали от марксизма через неоднократную смену философских установок к христианскому эсхатологизму (см. его труды «Философия неравенства», «Новое средневековье» и др.). В 1922 г. за антибольшевистскую позицию был выслан из России. В конце жизни под влиянием победы Советской Армии над фашистской Германией стал сочувствовать советской власти. И хотя в СССР он считался антисоветчиком, в эмиграции его называли «большевиком». Этим и вызвано замечание Ильина.

Следующая глава  



 И.А. Ильин    Сочувствие и содействие


[Становление]   [Государствоустроение]   [Либеральная Смута]
[Правосознание]   [Возрождение]   [Армия]   [Лица]
[Новости]